Выбрано сердцем

5 октября 2017
0
197

Михаил Павлович Кульпин представитель самой созидательной профессии на свете, он – строитель.
За почти полвека работы в этой отрасли по его проектам в городе и области были построены десятки животноводческих комплексов, школ, детских садов, жилых домов и других объектов. И свою жизнь он строил также честно и основательно, на прочном фундаменте семьи.

Директор ТОО «Газпромпроект» Михаил Павлович Кульпин – родной брат нашего редактора Сергея Павловича. И это обстоятельство немного смущает нас обоих. На интервью его пришлось уговаривать. Скромность – не единственная общая их черта. О том, что имя Михаила Кульпина внесено в Международную энциклопедию «Лучших людей» нашей области, что он награжден медалью «За верность делу» и многими другими, не обмолвился ни один из братьев. Звания, награды для них – не главное. Главное – всегда оставаться человеком.

Пусть простит меня главный редактор за эти сравнения, но еще одна общая их черта, на мой взгляд, – это ответственность, надежность и то, что называют целомудрием души. Еще в «Приуралье» журналисты говорили: «За нашим редактором, как за каменной стеной». Мы порой и не знали, сколько приходилось Сергею Павловичу выслушивать за наши «перлы» в обкоме партии, как он защищал и прикрывал нас, никогда не переваливая ответственность на автора статьи. Михаил Павлович тоже сумел сохранить верность делу, своей профессии и своим коллегам даже в те годы, когда рушили все, что создавалось их трудом. В те смутные 90-е годы, когда ничего не строили, а только разрушали, он сделал все, чтобы сохранить кадры, понимая, что снова придет время создавать, и теперь в его команде работают высококвалифицированные профессионалы-проектировщики. Сегодня в городе более ста проектных организаций, и все – из одной кузницы кадров, говорит Михаил Павлович.

Кульпины не привыкли жаловаться, хвалиться, и никого не допускают на территорию своей души, но при этом очень отзывчивы, и не на словах, а на деле. Про своего старшего брата Сергей Павлович сказал: «Миша у нас всегда – как скорая помощь». И в этом они тоже похожи.

Эта похожесть, наверное, от того, что обоих направляла добрая и мудрая рука отца – Павла Ивановича.

С родителями (Михаил справа), братом и сестрой

В Уральске Павла Ивановича Кульпина помнят как директора сельскохозяйственного техникума, декана факультета механизации сельского хозяйства СХИ, давшего путевку в жизнь тысячам молодых специалистов, доброго и отзывчивого человека, хорошего семьянина. А он участвовал в строительстве оборонительных сооружений на границе с Германией перед войной, и потом прошел ее всю, до Победы.

Его призвали в армию еще до начала войны, сразу после окончания Алмаатинского сельскохозяйственного института. Дома в Алма-Ате оставалась жена с двумя маленькими детьми. Служить направили в недавно ставшую «советской» Литву, на границу с Германией.

После того, как прибалтийские страны присоединили к СССР, нужна была другая линия оборонительных сооружений на три сотни километров западнее. Проще говоря – новая граница, ведь нападения со стороны Гитлера ждали и хотели отодвинуть рубеж подальше от центра. Перед солдатами стояла задача: разобрать старые доты, дзоты и прочие оборонительные сооружения и построить новые. Павел Кульпин, как грамотный специалист с высшим образованием, руководил строительством этих сооружений.

– Старые сооружения разобрали, а новые поставить не успели, – говорит Михаил Павлович. – Отец был начальником секретной части, в его распоряжении все чертежи, и у него приказ – доставить эти чертежи вглубь России. Поэтому он и жив остался, там такая мясорубка была…

И только после того, как он эту документацию сдал, Павла Ивановича отправили на фронт, на оборону Ленинграда.

– Он много рассказывал о войне, но это долгий разговор, – говорит Михаил Павлович. – Я для себя делал вывод, что война это тяжкий и жестокий труд. Несколько лет постоянно в поле, на земле, в окопах. Отец вспоминал, что такая тоска у солдат была по дому, по теплу, по стенам, что когда проходили через какую-нибудь освобожденную деревню и видели уцелевшую избу, то набивались в нее, выталкивали друг друга – чтобы хоть немного постоять, погреться, прикоснуться к стенам.

После войны Павла Ивановича направили на восстановление города Великие Луки Псковской области. Этот город, из которого открывалась прямая железная дорога на Москву, фашисты уничтожили до основания, и его недаром называли «вторым Сталинградом». Сюда из Алма-Аты приехала жена Павла Ивановича – Мария Семеновна с детьми, а вскоре здесь родился сын Михаил. Ему не было и двух лет, когда семья вернулась на родину – в Алма-Ату. Единственный «трофей», который привез Павел Иванович из Великих Лук, который восстанавливал из руин, – найденный им где-то в развалинах орфографический словарь русского языка. Он долго хранился в семье – потрепанный, с закладками в пожелтевших страницах. Книгу, выжившую под бомбежками, в семье берегли.

Спустя много лет Михаил Павлович посетил город, в котором родился.

– Родины своей, Великих Лук, я и не видел. А года три назад был в гостях у дочери в Москве, она говорит: «Хочешь, папа, мы свозим тебя на твою родину?» Говорю: «Хочу». На следующее утро сели в машину и поехали, – рассказывает Михаил Павлович. – Такой вот подарок мне сделали. Походили по городу, побывали в музее. Но я ничего не вспомнил, маленький был, когда меня увезли.

Зато хорошо помнит Михаил Павлович, как после зеленой цветущей Алма-Аты жили они в пустыне Бетбак-дала, что в Джамбульской области на реке Чу. Павла Ивановича партия направила строить там водоснабжение для животноводства. Страну, пережившую страшную войну, нужно было, наконец, накормить досыта. Павел Иванович руководил строительством колодцев, работающих на ветряных двигателях, – водопойных пунктов – на трассах, по которым перегоняли скот с весенних на зимние пастбища. Семья уже с тремя детьми жила в маленьком поселке Уланбель, где была научно-исследовательская станция, на которую часто внезапно налетали пустынные бури.

– Помню, мама поставит казан на огонь, а еду готовили, как и все – под открытым небом, – ветер налетит такой, что кастрюля летает, и все песком засыпает, – эта картинка из раннего детства осталась в памяти Михаила Павловича.

Павел Иванович там, в пустыне, не только строил колодцы (кстати, в те годы поголовье скота в Джамбульской области выросло более чем на 60 процентов), но и собирал материал для диссертации. Закончить диссертацию в те годы Павел Иванович не успел. В Уральске, куда Кульпины переехали в 1958 году, Павлу Ивановичу предложили должность директора техникума механизации сельского хозяйства. Переезд из Алма-Аты был вынужденный: Марии Семеновне врачи рекомендовали сменить климат. Здесь глава семейства продолжал работать над диссертацией и цели своей добился – в 59 лет Павел Иванович защитил кандидатскую диссертацию в Алма-Ате. Ему говорили: «Зачем тебе это надо?» А он объяснял: «Мои ученики уже стали кандидатами наук, а у меня весь материал для кандидатской собран».

– Отец никогда не был в отпуске, и все свободное время проводил с нами, детьми, – вспоминает Михаил Павлович.

– Ездили на рыбалку, в лес – отец был заядлым грибником.

В трудные послевоенные годы советские люди были просто одержимы тягой к знаниям, к книгам, и всем своим пятерым детям родители привили эту тягу, всех выучили, дали образование. При этом проявляли такт и учитывали наклонности детей.

Михаил Павлович до сих пор благодарен своему отцу за то, что тот в свое время помог ему определиться с выбором профессии, которая стала для него делом всей его жизни.

– В сарае был инструмент, ну я там строгал, столярничал, – рассказывает Михаил Павлович. – В шестом классе ко Дню птиц нам дали задание сделать скворечники. Я выдолбил скворечник из бревна, а в школу нести постеснялся, думаю, все красивые принесут, а у меня – долбенка, крыша из горбыля. Меня учительница спрашивает:

«А ты, Миша, что сделал?» Ну, я побежал, принес свой скворечник, и мне за это книгу подарили – красивую, приключенческую – «Наследник из Калькутты».

Книг в доме было достаточно, в том числе и подписной литературы, но книга в подарок – это книга особенная.

– Нам всегда на день рождения родители дарили книги с дарственными надписями, пожеланиями. Я любил приключенческую литературу, но больше – романы о сельской жизни.

Когда отец заметил, что сын постоянно что-то мастерит и строгает, он сказал: «Может, тебе в строительный техникум пойти учиться?»

– И после седьмого класса я поступил в строительный техникум, о чем ни разу потом не пожалел, – продолжает Михаил Павлович. – На предпоследнем курсе у нас с октября по июль была практика. Два дня в неделю мы учились, а три – работали на стройке. Делали пристройку к 6-ой школе, c cамого котлована строили кооперативный дом на Почиталина.

С коллегами-проектировщиками

В ту пору ему, 17-летнему, уже присвоили второй разряд каменщика. Работа нравилась – это была и практика, и неплохая добавка к студенческой стипендии, и радость созидания, и гордость от причастности к важному делу.

Пригодилось это умение и в семье: и себе, и родне своими руками дачи строили. Но хотелось большего, хотелось быть достойным отца, который не только учил других, но и всю жизнь учился сам, мечтал о высшем образовании для своих детей.

И Михаил поступил в сельскохозяйственный институт.

– Опять отец подсказал: интересное направление – ты строитель, кончишь институт, будешь механиком, освоишь технологию сельскохозяйственного проектирования, – рассказывает он. – В то время много внимания уделяли развитию сельского хозяйства – строительству крупных сельскохозяйственных комплексов.

И добавляет: «Правильно направил и правильно подсказал. Не жалею, что выбрал эту профессию».

В 28 лет Михаил Кульпин стал руководителем Уральского производственного отдела института «Казсельхозтехпроект» – подразделения в системе «Казсельхозтехники». Первый проект животноводческого комплекса первый секретарь обкома партии Коспанов, сам зоотехник по образованию, раскритиковал. Но заинтересовался. И стали перенимать опыт.

– Мы ездили в Киргизию, Литву, Ставрополь. Оттуда привезли металлические арочные конструкции. Первый комплекс на пять тысяч голов построили в колхозе имени Чуйкова. Потом были еще более крупные комплексы на 1200 дойных коров в совхозе «Красновский».

Оказывается, спроектировать и построить скотоводческий комплекс так же сложно, как и жилые дома, больницу или детский сад (которые тоже строили в те годы в каждом поселке).

– Это не то, что строят сегодня из самана и кирпича, это были комплексы по последнему слову техники – на тысячи голов под одной крышей. Это раздача кормов, уборка навоза, вентиляция, кормоцеха для гранулированных и сжиженных кормов. Это были сборные корпуса из железобетонных конструкций, из металла и бетона. Животноводческие комплексы – это целая индустрия, работали заводы, производящие комплектующие, в каждом райцентре свои автобазы, ремонтные мастерские, станции техобслуживания, – пожалуй, впервые за разговор Михаил Павлович говорит взволнованно, чувствуется, что это не только близкая, но и больная для него тема. Ведь большинство этих животноводческих комплексов в 90-е годы разрушили.

– Ломать – не строить, – с горечью говорит он. – Едешь по селам – везде только бетонные скелеты от животноводческих помещений остались. Столько сил, средств, интеллектуального труда было вложено – все ушло бездарно. Почти на каждую чабанскую точку были построены линии электропередач – все разрушили. Теперь пытаются все это восстанавливать, но таких возможностей нет.

В те 90-е годы проектировщики стали не востребованы, из 280 сотрудников проектного института остались человек 90. Но Михаил Павлович верил – время «разбрасывать камни» пройдет, придет время их «собирать», и профессия строителя снова станет востребованной. Он участвовал в создании проекта Казахского драмтеатра, Ледового дворца и плавательного бассейна, школ, детских садов, других социальных объектов.

Сейчас в области ведется большое строительство. Более десятка многоквартирных жилых домов, которые спроектированы организацией, возглавляемой Михаилом Кульпиным, построены и строятся в Зачаганске. Это и панельные дома нового типа. Утолят ли они жилищный голод и не устареют ли морально, как «хрущевки»?

– Так называемые «хрущевки» обеспечили жильем тысячи людей. Эти дома были рассчитаны на 25 лет, а стоят до сих пор, – говорит мой собеседник. – В 2014 году принято решение возобновить работу домостроительных комбинатов, и такой комбинат на немецком оборудовании мы запроектировали для ТОО «Болашак-Т». Президент поставил задачу – всех обеспечить жильем. Но жильем комфортного класса всех обеспечить невозможно. Однако квартиры в новых домах намного более комфортные, чем в старых: например, площадь однокомнатной – 40 квадратных метров, а трехкомнатной – 80, кухни – 9-10 квадратных метров, – говорит Михаил Павлович, а это значит, что впереди новые проекты и новые стройки.

Через несколько дней ему исполнится 70 лет, но, несмотря на годы, он не потерял профессиональной хватки. Верность – еще одно его качество, которое подкупает и вызывает уважение. Верность делу, себе, своим принципам и своим близким.

С женой Галиной Михайловной они прожили вместе без малого пятьдесят лет, тяжело, но с достоинством, переживают недавнюю трагическую гибель сына, не выставляя напоказ свое горе. «Жизнь потеряла краски», – обронил Михаил Павлович фразу. И очень хочется, чтобы эти краски вернулись в его жизнь – светлой памятью, гордостью внуков, радостью утренних зорь.

Омар Хайям сказал: «Жизнь постоянно будет тебя испытывать, проверять на прочность твою смелость, твою искренность перед самим собой, и если твое намерение выбрано сердцем — ты будешь идти до самого конца, несмотря ни на что».

С Галиной Михайловной и детьми Ильей и Анной

Фото Ярослава Кулика и из семейного альбома Кульпиных
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top