По следам Карелина

10 июня 2021
0
730

Экспедиция «По следам Правдухина» стала у нас почти традиционной, о ней много писали. А несколько лет назад, практически незамеченной, была совершена другая экспедиция – по следам знаменитого путешественника и естествоиспытателя Григория Силыча Карелина, которому в этом году 220 лет со дня рождения. И если «по следам Правдухина» ходили туристы, журналисты, краеведы, то «По следам Карелина» – ученые и естествоиспытатели.

Экспедиция организована по инициативе доктора философских наук, директора общественного фонда «Евразийский союз ученых» Андрея Голубева. Кроме него в этой экспедиции приняли участие два доктора биологических наук, ведущих научных сотрудника Биологического института имени Комарова в Петербурге Андрей Сытин и Ирина Софронова.

Они проехали по Западному Казахстану 1572 километра, сделали около тысячи фотоснимков, зафиксировали, где что растет, какие животные и птицы водятся для того, чтобы сравнить это с предыдущими исследованиями. Главная цель – определить границы степных, пустынных и прочих зон ландшафта и сравнить их с исследованиями предшественников. Общее впечатление от этого путешествия, по словам участников экспедиции – пустыня наступает.

 

Вглубь степей

Почти два века назад Григорий Карелин в наши края попал почти случайно. После окончания Первого кадетского корпуса в Петербурге он направлен на службу прапорщиком в Штаб военных поселений, в собственную канцелярию небезызвестного Аракчеева. У главного жандарма страны девизом были слова «Без лести предан». Остроумный Карелин однажды скаламбурил: нарисовал черта и подписал «Бес лести предан». Шутка дошла до Аракчеева, и в 1822-м году он отослал Карелина в Оренбургский гарнизон. Как сказал однажды Пушкин, «И случай – бог-изобретатель». Хотя страсть к путешествиям и исследованиям у Карелина отнюдь не случайна.

Кстати, у нас многие спорят, кто сопровождал Пушкина в Уральск. Биограф Карелина Георгий Блюмин, ссылаясь на документы Оренбургского областного архива, утверждает, что «и Пушкин, и Карелин выехали в Уральск из Оренбурга в один и тот же день – 20 сентября». В одной из своих последних работ о Карелине Блюмин уточнил: «… живя в Оренбурге, Карелин близко познакомился с составителем «Толкового словаря» Владимиром Далем, а 20 сентября 1833 года выехал из Оренбурга в Уральск в одном дилижансе с А.С. Пушкиным» (Георгий Блюмин. В Сибирь, прапорщиком, без выслуги… Московские ведомости. М., 1991, № 14).

В Оренбурге и начинается изучение Карелиным естественных наук. С 1822 года его отправляют в различные экспедиции, и он использует их для научных целей: собирает материал по естествознанию, географии, этнографии. Но настоящие научные экспедиции Карелина начинаются с 1826 года, когда он оставил военную службу и поступил в министерство иностранных дел.

С 1826 по 1830 год Карелин служит у хана Букеевской Орды Джангира. Разъезжая по казахским кочевьям, он собирает научные материалы по географии, зоологии, ботанике и этнографии. По результатам этих работ составлена подробная карта Букеевского ханства, за что исследователь получил в подарок от хана перстень с бриллиантами.

В Оренбургском областном архиве хранится донесение хана Джангира от 27 января 1831 года, в котором дано первое научное описание природы Рын-песков. Справка, естественно, подготовлена Карелиным.

Вот выдержка из этого документа: «Букеевская Орда занимает земли двух совершенно различных качеств: пески, называемые Нарын или Рын, и собственно степь. Последняя, по-киргизски каткылом именуемая, безводна, глиниста, солонцевата и не производит сама по себе ни малейшего кусточка. Первая… состоит из ряда песчаных холмов, пересекающихся в разных направлениях и производящих местами: лох или джиду (дикая маслина), джюзгун или торлок, тополь, осокорь, тальник и осинник.

По особенной близости воды и всегдашней свежести зелени с большою достоверностью заключить можно, что разведение лесов в сих местах было бы весьма надежно…»
Тогда и был высажен в Бокейорде знаменитый сосновый бор Жангир хана.

В 1831 году Карелин отправлен в экспедицию для осмотра и изучения северо-восточной части Киргизской степи. В 1832 и 1834 годах ему поручили отыскать место и построить укрепление на северо-восточном берегу Каспия. Карелин блистательно выполнил возложенное на него поручение. При этом им собраны богатые коллекции и проведены топографические съемки.

В 1832 и 1836 годах он нанес на карту восточное побережье Каспийского моря, первый обошел часть побережья залива Кара-Богаз, выясняя природу этого загадочного залива.

 

В природе нет зла без добра

В 1832 году Карелин становится начальником экспедиции по обследованию северо-восточной части Каспийского моря, возводит на его берегу укрепление и составляет карту этой части моря. В 1836 возглавлял экспедицию по обследованию восточных и юго-восточных берегов Каспия. Карелин и его спутники нанесли на карту заливы у восточного побережья, в том числе часть берегов Кара-Богаз-Гола, дали его первое описание.

Вода из моря туда поступает, но назад не возвращается. Куда же девается? Гидрографы позапрошлого столетия попадались на удочку местных преданий. «Наподобие пасти залив беспрерывно сосет воды моря, – отчитывается, например, в пушкинские времена лейтенант Российского флота Иван Жеребцов, посланный для съемки «Кара-Бугаса», …последнее обстоятельство дает повод полагать, что на восточном берегу залива вода уходит могучей подземной рекой не то в Аральское море, не то в Ледовитый океан.

На дне этого залива будто бы есть воронка, в которую уходит вода, поступающая из моря. Долго течет она сквозь земные недра, чтобы выйти куда-то в Индийский океан, за тысячи километров от воронки. Вокруг же того места, где вода устремляется под землю, закручиваются такие водяные смерчи, что туда, как щепки, затягиваются рыбацкие лодки и катера».

Позже описание таинственного залива дал писатель Паустовский в рассказе «Кара Богаз». Герой рассказа – лейтенант Жеребцов – ищет в Гурьеве Карелина, чтобы посоветоваться с ним. Ученого, который «наскрозь прошел киргизскую сторону», в городке знали все. Но когда Жеребцов поделился с Карелиным своим предложением перегородить залив дамбой, чтобы воды Каспия не уходили в никуда – и вода, мол, там мертвая, и рыба гибнет, и кок с корабля, искупавшись, весь язвами покрылся – Карелин рассердился: нельзя бездумно вмешиваться в природу. А потом стал смеяться.

– Сударь мой, – сказал Карелин, отсмеявшись, – я ошибался, подобно вам. Я почитал Кара-Бугаз бесплодным и как бы созданным природой назло людям. Но с недавнего времени, изучая дневники свои и думая о смертоносных водах залива, я пришел в сомнение, ибо в натуре, нас окружающей, почти нет такого зла, коего нельзя было бы употребить на потребу и выгоду человека. Едкая кара-бугазская соль является солью необычайной, и, думается мне, не глауберова ли это соль, иначе называемая щелочной? Действие ее на вашу команду весьма примечательно. Буде же в заливе осаждается глауберова соль, то уничтожение залива – преступление. Соль сия обладает многими редчайшими свойствами. …Закупорка залива вызовет перемену свойств воды и прекратит образование глауберовой соли. Утверждение ваше, что залив вызывает обмеление Каспийского моря, равно как и сожаление о погибающей рыбе, преувеличено. Без особой натуги я могу вас тут же разбить по всем пунктам…

Пропуская Жеребцова в столовую, Карелин сделал страшные глаза и прошептал:

– А вы уж и проект приготовили! В Петербурге сидят дураки. Они размышлять не любят, а прямо брякнут – закрыть залив на веки вечные и удивить Европу. Ежели бы вы упомянули слово «открыть», то государственные мужи, может быть, призадумались бы, а раз закрыть – так закрыть. Закрывать – это для них святое дело…»

Карелин как в воду глядел: через сто с лишним лет после этого разговора в 1980-м году Карабогазский пролив перекрыли грандиозной дамбой, чтобы каспийская вода не пропадала в пасти залива. Не читали проектировщики дамбы повести Паустовского, с предостережением Карелина, а написана она была еще за 50 лет до этого – в 1932-м году. И уже через три года стало очевидно, что Карелин был прав, и строительство дамбы – ошибка, чуть было не приведшая к экологической катастрофе.

После появления дамбы озеро стало пересыхать, ветер нанес сюда песок, засыпав обнажившиеся залежи соли, при этом разнося и саму соль, в результате чего буквально случилась экологическая катастрофа. Соляные бури стали причиной загрязнения воды и почвы на сотни километров вокруг – на бывших пастбищах стало невозможно пасти овец, отмечен падеж скота, и это действительно была катастрофа.

(Продолжение следует)

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top