Загадки портрета из прошлого

14 апреля 2016
0
2685

Такое могло произойти только у нас, в Уральске. Солидная, интеллигентная, в основном уже немолодая публика, находясь в музее Пушкина, спорила до крика. Спор вызвало замечание директора музея «Старый Уральскъ» Геннадия Мухина о том, что уральский атаман Давыд Бородин не участвовал в войне с Наполеоном 1812 года. Сам Бородин спокойно взирал на этот спор с портрета работы известного художника Тропинина.

Собственно, 150-летний юбилей известного русского художника-портретиста Василия Андреевича Тропинина и отмечали в музее Пушкина.

В этом музее два портрета художника – поэта Александра Сергеевича Пушкина и атамана Давыда Мартемьяновича Бородина. Первый – копия, второй – подлинная работа художника, чьи картины украшают лучшие музеи России. И музей Пушкина очень гордится тем, что он единственный в Казахстане имеет такой раритет.

Экскурсовод музея Линара Сапихова рассказала биографию Василия Андреевича Тропинина, который был крепостным крестьянином: когда дочь его хозяев выходила замуж за графа Моркова, мальчика Васю отправили вместе с мебелью, бельем и прочим приданым к новому хозяину.

Заметив у мальчишки талант, в девять лет граф отправил его учиться в Императорскую Академию художеств. Тропинин окончил Академию в 1804 году, но звание академика получил только в 1824 году, когда уже были написаны знаменитая «Кружевница», «Нищий старик» и другие.

И только в 43 года он был освобожден. Граф не хотел расставаться с талантливым крепостным, приносящим ему своими работами немалую прибыль, и долго не давал художнику вольную. А когда освободил его, то еще на пять лет оставил у себя в крепостных его жену и сына.

Став свободным, Тропинин получает все больше заказов, он пишет портреты императора Николая I, историка Татищева, Карамзина, Пушкина, Гоголя, Брюллова, князя Гагарина. Все они хранятся в Третьяковской галерее и других музеях.

За свою долгую жизнь Тропинин создал много прекрасных картин и портретов своих современников, но самые замечательные, светлые, одухотворенные – это его «Кружевница», портрет сына и портрет Пушкина.


СПРАВКА

Василий Андреевич Тропинин (1780 – 1857) – живописец-портретист, родился в селе Карповка Новгородской области крепостным человеком графа А. Моркова, впоследствии отпустившим его на волю. Девяти лет от роду был определен своим господином в воспитанники Императорской Академии Художеств, образовался в ней под руководством Щукина и, окончив ее курс в 1804 году, поселился в Москве, где и трудился до конца своей жизни. Близко схваченное сходство, выразительность, гармоничный, хотя и не особенно блестящий колорит и добросовестная законченность исполнения в портретах Тропинина отводят этому трудолюбивому и скромному в жизни художнику одно из первых мест среди русских живописцев.


Если у Кипренского Пушкин выглядит каким-то торжественным и величавым, с гусиным пером и прочими атрибутами творчества, то у Тропинина он живой, непринужденный, в домашнем халате, взлохмаченный – такой, как есть.

Портрет Пушкина Тропинин написал в 1826 году. И примерно в то же время он создал портрет уральского атамана Давыда Бородина. С этим портретом в Уральске связана почти детективная история. Долгое время он то ли считался потерянным, то ли о нем забыли.

Долгие годы портрет пылился в запасниках областного краеведческого музея. Где-то в годах 60-х прошлого столетия писатель и краевед Николай Григорьевич Чесноков в архивах обнаружил сведения о портрете атамана Бородина работы Тропинина. Радости не было предела, когда на его запрос областной музей ответил, что указанный портрет действительно числится в регистрационной книге музейных фондов. Портрет отыскали и были потрясены: измятое полотно почернело от сырости, а в одном месте было порвано. К тому же неутешительный ответ пришел из Третьяковской галереи: в каталоге работ Тропинина портрет атамана не значится.

Николай Григорьевич отказывался этому верить и отправился в Москву, в библиотеку имени Ленина. И – удача: в одном из номеров «Русского вестника» за 1861 год он нашел информацию следующего содержания: «Среди работ Тропинина наиболее замечательным является портрет атамана Уральского казачьего войска Давыда Бородина». Но в то время само слово «казачество» было под запретом, мало кого интересовал портрет казачьего атамана работы неустановленного художника.

Портрет еще долгое время оставался в запасниках музея в том же ужасающем состоянии.

В середине 80-х годов, когда грянула перестройка, и церкви начали возвращать верующим, в Собор Михаила Архангела, где до этого располагался музей атеизма, пригласили московских реставраторов. На хорах собора обнаружили сваленные туда старинные иконы. Управление культуры договорилось с московской мастерской «Союзреставрация», чтобы специалисты определили их возраст и ценность, а также отреставрировали. Вместе с иконами повезли полотно Тропинина.

Бывшая в то время директором областного музея Сара Искаировна Танабаева понимала, какую ценность могут представлять старинные иконы и драгоценное полотно. Она лично сопровождала этот груз, отправленный на обычном «уазике» безо всякой охраны.

– Ехали сутки без единой остановки, – вспоминала она. – Картину я не выпускала из рук всю дорогу. Приехали ночью, долго кружили по Садовому кольцу, искали музей Тропинина. Мастерская реставраторов находилась рядом с ним. Никто из них этой ночью не ушел из мастерской: ждали момента встречи с шедевром.

Целый год продолжалась реставрация. И только тогда пришло долгожданное официальное подтверждение: портрет действительно принадлежит кисти Василия Тропинина.

Обратно в Уральск драгоценное полотно Сара Искаировна тоже сопровождала лично вместе с сотрудницей музея. Летели самолетом. Пришлось уговаривать стюардессу, чтобы им разрешили не садиться в кресла и обойтись без пристегивания. Так и стояли всю дорогу две женщины в проходе, и на весу держали в руках картину. Руки затекли, ноги гудели, но они упорно не выпускали картину из рук.

На этом тайны, связанные с портретом, не закончились. Дату написания портрета Бородина установили приблизительно: не позже 1827 года. Наши краеведы начали строить домыслы: а не встречался ли атаман Бородин в мастерской Тропинина с Пушкиным, ведь портреты написаны приблизительно в одно время? А может, это атаман подсказал Пушкину идею написать об истории Пугачёвского бунта, ведь Пушкин приехал в Уральск, спустя пять лет после этого?

Выяснили, что Тропинин написал двенадцать портретов героев Отечественной войны 1812 года и Бородин – боевой генерал – стал тринадцатым.

Все эти версии, конечно, и красивы, и лестны для уральцев, но ни одна не имеет достоверного подтверждения. Но если про первые две у нас говорят предположительно, то про то, что Бородин – участник войны 1812 года – утвердительно. Вот это Геннадий Мухин и опроверг:

– Давыд Мартемьянович Бородин не участвовал в войне 1812 года. Он командовал двумя полками уральских казаков в знаменитом походе Суворова через Альпы в 1799 году против французов в Швейцарию. Русские одержали победу, а уральским полкам было пожаловано за храбрость пять знамен, – сказал Геннадий Леонидович, чем навлек на себя гнев собравшихся, убежденных, что Бородин прославился еще и в войне 1812 года (а как же иначе, если он жил в то время, был боевым атаманом, и уральские полки принимали участие в этой войне?).

В заключение мероприятия хорошую новость сообщил вице-консул России Юрий Пономарёв: на нашу область выделено двадцать мест для бесплатного обучения в вузах России, а директор музея «Старый Уральскъ» Геннадий Мухин поедет на страновую конференцию организаций соотечественников, которая состоится в этом месяце в Алматы. Кроме того, группа уральских школьников – победителей конкурсов и олимпиад – отправится в туристическую поездку в Петербург.

А народ еще долго не расходился – все всматривался в спокойное лицо атамана. Видел ли его Александр Сергеевич, когда почти 180 лет назад гостил в атаманском доме? Он мог его видеть в войсковом музее, куда портрет передали после смерти Бородина – первого и последнего наказного атамана из казаков, про которого они с уважением говорили: «Атаман Бородин во всем войске один». Не мог не заинтересоваться: ведь Тропинин писал портрет и с него, Пушкина.

Вот так все удивительным образом соединяется в нашем городе.

Фото: Ярослав Кулик
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top