По закону предков
Недавняя трагедия, связанная с гибелью молодых солдат, утонувших во время несения службы, всколыхнула общество. Видеокадры, облетевшие социальные сети и мировые СМИ, запечатлели тяжелейший момент: убитые горем родители узнают о гибели своих детей сухо и отстраненно – буквально через металлический забор. Эта жесткая бюрократическая черствость резко контрастирует с многовековыми традициями казахского народа, где известие о смерти всегда передавалось с особым милосердием, психологическим тактом и глубоким уважением к чужому горю.
Казахская культура скорби и традиция естірту
В традиционном казахском обществе смерть никогда не воспринималась как неожиданный конец или катастрофа. Степняки относились к ней как к гармоничному и неизбежному переходу из «жалған дүние» (призрачного, временного мира) в «бақи дүние» (мир вечный). Однако передача трагической вести требовала высочайшей духовной культуры.
О смерти близкого человека никогда не сообщали прямо, резко или неожиданно. Для этого существовал специальный ритуал – естірту (оповещение, донесение печальной вести).
В аул к родственникам покойного отправляли не случайных вестников, а самых уважаемых аксакалов, мудрецов или поэтов, обладавших даром слова и авторитетом. Входя в юрту, аксакал не оглашал трагедию сразу. Он начинал иносказательную, поэтическую речь о бренности всего живого на земле: напоминал о том, что даже великие ханы, могучие батыры и вековые степные деревья не вечны перед лицом времени. Подготовив слушателей психологически и снизив остроту первого шока, он произносил имя ушедшего и тут же произносил слова утешения и поддержки – жұбату или көңіл айту. Это помогало родным справиться с первоначальным ударом и почувствовать, что они не одиноки в своем горе. Это позволяло смягчить первый шоковый удар, разделить тяжесть горя с родными и дать им опору в лице всей общины.
Похоронно-поминальная обрядность и традиция жоқтау
Степной кодекс не останавливался лишь на деликатном сообщении печальной вести. Похороны и подготовка к ним проходили строго по традиции.
Омывание (сүйекке түсу): Обряд омывания доверялся только самым близким и уважаемым сверстникам покойного: мужчин омывали мужчины, женщин – женщины. После этого усопшего заворачивали в незамысловатый саван из белого полотна (ақ мата или кебін).
Заупокойная молитва (жаназа): Перед выносом тела совершалась заупокойная молитва (жаназа), которую проводил мулла перед лицом всей мужской общины аула.
Слово общины: Перед тем как предать тело земле, аксакалы обязательно обращались к сородичам с вопросом: «Какой это был человек? Были ли за ним долги?». Общество должно было подтвердить благочестие ушедшего фразой «Жақсы адам еді!» («Он был хорошим человеком!»), либо урегулировать все его обязательства за счет наследства.
Траур длиною в год: от «Қаралы ту» до великого аса
Траур в казахской семье длился целый календарный год, превращаясь в продуманную систему постепенного прощания:
Қаралы ту (траурный флаг): Над юртой, где жил покойный, поднимали флаг. Цвет флага говорил издалека любому путнику о возрасте усопшего: красный флаг обозначал уход молодого человека, черный – человека средних лет, а белый – почтенного аксакала. Внутри юрты вывешивали его одежду и доспехи.
Жоқтау (ритуальный плач): Каждое утро и вечер в течение года вдова, дочери и близкие женщины аула исполняли жоқтау – ритуальный песенный плач. Это была не просто истерика или слезы, а импровизированный поэтический эпос, в котором прославлялись
достоинства, подвиги, доброта и жизненный путь ушедшего.
Обряд тулдоу: Из табуна выбирали любимого коня усопшего, подстригали ему гриву и хвост и строго запрещали кому-либо садиться на него в течение года.
Поминальные вехи: Семья строго соблюдала традиционные поминальные даты: үштігі (три дня), жетілігі (семь дней) и қырқы (сорок дней).
Ас (великие поминки): Апофеозом скорби и памяти становился Ас – тризна, проводившаяся ровно через год после смерти. На Ас созывались сородичи и гости со всех концов Степи, устраивались скачки (бәйге), состязания палуанов и айтысы акынов. В этот день траурный флаг срубали, коня забивали для угощения, а вдова снимала траурные одежды.
Наследие духовной чистоты и память предков
Степная цивилизация была устной культурой. Память о предках хранилась не в камнях, а в устной генеалогии – шежіре. Каждый казах был обязан знать семь поколений своих предков (жеті ата). Пока потомки помнят имена прадедов, произносят молитвы-коран бағыштау и совершают благочестивые поступки от их имени – предки живы в памяти народа.
Похоронно-поминальная культура казахов поражает своей деликатностью, чуткостью и отсутствием панического страха. Трагические события, которые произошли в Мангыстау, показывают, насколько важна эта вековая мудрость сегодня: отношение к человеческому горю требует не сухих слов соболезнования, а искренней сопричастности, уважения и сострадания.
