Неженское дело Мариям

2 марта 2017
0
1986

Когда она стремительно идёт по улице в лёгком, развевающемся на ветру платье, стуча шпильками по асфальту, с искрящимися глазами и улыбкой на лице, никому и в голову не придёт, что перед ним… подполковник, в подчинении которого 80 человек из областной службы пробации. Сегодня. А ранее Мариям Якубова работала на ещё более сложной и ответственной должности – следователем по тяжким и особо тяжким преступлениям.

– Мариям Жаскайратовна, что такое пробационный контроль?

– В 2012 году при уголовно-исполнительной инспекции создана служба пробации, которая осуществляет контроль над уcловно осужденными и оказывает им содействие в получении социально-правовой помощи. Позднее ее функции расширились: пробационный контроль стал осуществляться не только в отношении осужденных условно, но и осужденных к ограничению свободы. А также в отношении лиц, освобожденных условно-досрочно из мест лишения свободы и тем, кому судом установлен административный надзор, – говорит начальник отдела по руководству службами пробации департамента уголовно-исполнительной системы.

Основным отличием службы пробации от уголовно-исполнительной инспекции является дополнительная функция по оказанию содействия в получении подучетным лицом социально-правовой помощи во взаимодействии с местными исполнительными органами, судом, прокуратурой и неправительственными организациями. Задачей службы пробации является коррекция поведения осужденных с целью предупреждения совершения ими новых уголовных правонарушений.

Замечу, что данная служба существует за рубежом давно. Более того, действуют четыре ее модели: досудебная, условно-приговорная, пенитенциарная и постпенитенциарная. В Казахстане работали только две – условно-приговорная и постпенитенциарная.

30 декабря прошедшего года Главой государства подписаны два закона: «О пробации» и «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам пробации», которые введены в действие 16 января текущего года. Теперь у нас функционируют все четыре модели пробационного контроля.

– Сколько человек находится на учете Службы пробации в области, и какова статистика?

– На сегодняшний день 1690 осужденных без изоляции от общества. К сожалению, количество состоящих на учете служб пробации не уменьшается. Так, в 2014 году оно выросло на 24%, в 2015 г. – на 47%, в 2016 г. – на 31%. У нас в области 17 территориальных служб пробации.

– При этом еще и амнистия «добавляет» таких людей, что Вы скажете об этом?

– Это гуманный жест Президента и государства, прощение тех, кто совершил преступление. Сидя за колючей проволокой, кто-то осознает свои проступки и уже не будет совершать подобного в будущем, и это правильно – прощать. А другие не понимают, люди разные.

В честь 25-летия Независимости Казахстана в декабре 2016 года подписан закон об амнистии, в связи с этим по линии службы пробации под нее подпали 614 осужденных, из них на освобождение 388 человек и на сокращение срока наказания – 226.

Политика государства – снижение тюремного населения, поэтому суды по возможности выносят приговоры, не связанные с лишением свободы, с отсрочкой наказания – для женщин, имеющих малолетних детей.

– Осужденные по тяжким преступлениям подпадают под амнистию?

– Да, согласно закону им могут заменить наказание на более мягкое, или сократить срок на одну вторую, одну четвертую.

– До этого Вы работали следователем. Как пришли в эту сложную сферу?

– Думаю, детские впечатления сыграли роль. Где-то классе в пятом я посмотрела художественный фильм, узбекский, где главной героиней была женщина-адвокат, и тогда я решила получить юридическое образование. Не сказать, что у меня все прошло гладко, как хотелось.

После окончания средней школы я устроилась дежурным на пульт охраны в Каменском районном отделе внутренних дел, так как для поступления на юридический факультет нужен был трудовой стаж. Несколько лет я сдавала экзамены в разных юридических вузах и городах, но то баллов не доберу, то еще что-нибудь, словом, только через шесть лет поступила в Алма-Атинскую высшую школу МВД СССР.

После четырех лет учебы по распределению приехала в Уральск и сразу в отдел внутренних дел. В общей сложности проработала следователем тринадцать лет. Служба нелегкая и морально, и физически, практически без выходных, каждый день допоздна – дел много. И каждое надо довести от возбуждения уголовного дела до направления в суд. А это убийства, изнасилования, нанесения тяжкого вреда здоровью – преступления против личности. Надо собрать доказательства, доказать вину…

– На ваш взгляд, женщина-следователь отличается от мужчины на этой же должности?

– Считаю, да. Женщина более досконально и дотошно все исследует. Придя на эту работу, я застала старшее поколение советских кадров, которые меня учили следствию. Тот опыт, их школа и мои старания дали результаты. По прошествии трех лет я уже считалась опытным следователем, и думала, что уйду на пенсию оттуда, но мне предложили перевод в отдел по руководству службами пробации департамента уголовно-исполнительной системы, и я дала согласие.

Правда, последнее время я работала в отделе зонального контроля и уже не расследовала дела, а учила и контролировала других.

Хочу сделать акцент на одну важную деталь: хороший следователь справится в любой службе, поскольку проникает в суть многих вещей, владеет психологией.

– Как воспринимают родители Вашу работу?

– Хорошо, – улыбается подполковник юстиции. – У нас семейная заповедь – справедливость и честность. Родители – отец по профессии ветеринарный врач, в прошлом директор ветстанции, мама – библиотекарь, окончила библиотечный факультет московского института культуры – предоставили нам право собственного выбора. Оба брата учились в Санкт-Петербурге, старший – в высшем военно-морском училище, и служил морским офицером на Камчатке, младший – университет водных коммуникаций, кандидат технических наук.

А потом у меня муж работал следователем, но его уже… нет. Сын Руслан тоже пошел по нашим стопам: учится в колледже АТиСО на факультете правоведения; спортивный, голова работает. Я хочу, чтобы он.., – сейчас она произнесет то, чего избегают некоторые юноши призывного возраста, и чего не хотят многие матери для своих сыновей, – отслужил в армии.

Мариям Жаскайратовна смотрит на это иначе, и не потому что привыкла отдавать указания, просто любит порядок и пунктуальность во всем. Когда ее переводили на должность начальника отдела, не соглашалась – слишком большая ответственность, но руководитель департамента сказал, что ему «важен морально-психологический климат коллектива, а она сможет его обеспечивать».

Терпеливая и мудрая, она учит молодые кадры, а их в подчинении 80 человек. Работа нравится, за плечами 26 лет в органах внутренних дел. «Может быть, это прозвучит и несколько пафосно, но наша служба – на благо государства. Если каждый будет говорить, что такая работа не для меня, я не хочу заниматься этими людьми, кто тогда будет делать? Кто, если не мы?» – подчеркивает Мариям Жаскайратовна.

Фото из альбома М. Якубовой
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top