Побег от войны

2 мая 2019
0
705

(Продолжение. Начало в № 17)

В декабре 1941 года в Уральск из Полтавы эвакуирован Всесоюзный институт инженеров сельскохозяйственного строительства, он разместился в зданиях гидростройтехникума по улице Советской, дома №№ 137, 139, 143 и 148.

В документах появились первые факты о смерти эвакуированных, которые из-за состояния здоровья не смогли выдержать долгой дороги. В актах проверки о состоянии обслуживания эвакуированного населения на станции Уральск от 20 декабря 1941 года озвучена информация о том, что на железнодорожных путях и в вагонах найдены трупы людей, которые лежали там по нескольку дней.

«Руководство железной дороги станции Уральск стало на путь бездушно-бюрократического отношения к эвакуированному населению» – такая формулировка значится в результатах проверки сотрудниками исполкома облсовета депутатов трудящихся деятельности железнодорожников.

Обездолены, раздеты, разуты

В отчете уполномоченного Управления по эвакуации населения по ЗКО Зайцева, который написан 1 января 1942 года, значится, что в область прибыло 37958 человек. Большая часть – 11868 человек – размещены в Уральске, 10000 – в Урдинском районе, 3200 – в Джанибекском, 3000 – в Теректинском, 2270 – в Бурлинском и 1964 человека – в Каменском районах.

Трудоспособных эвакуированных – 20000 человек. Из них 1702 трудоустроены на промышленные предприятия, 3377 – в колхозах, 977 – в совхозах, 800 – на железную дорогу.

Зайцев отмечает, что большинство прибыло из Украины, Белоруссии и еще 64 российских областей (!). Все размещены в свободные помещения или же подселены в квартиры и дома к местному населению в ходе уплотнения жилплощади. Они обеспечены всем необходимым.

Однако есть отдельные факты бездушного отношения к эвакуированным. Так, в поселке Долинный Теректинского района семья эвакуированного Лазаря Гальперина из 10 человек совершенно разута и раздета. На всех детей есть одна пара ботинок и два пары туфель, дом топить нечем. При вмешательстве сотрудников Управления по эвакуации Гальпериным выделены одежда и обувь, семью обеспечили топливом.

Зайцев пишет, что в Уральск эвакуированы несколько детских домов – из Харькова, Тулы, Полтавы, из местечка Хотимск. Всего 627 (из них 40 ребятишек доставлены из приемников НКВД – их родители без вести пропали).

Эвакуированные детдома размещены: в городе Уральске – 416 мальчишек и девчонок, в селе Новопавловка Теректинского района – 65, в поселке Круглоозерное Зеленовского – 61, в Джанибекском районе – 15, в поселке Чилик Чингирлауского – 30, в поселке Мергенево Чапаевского районов – 40 ребятишек.

По данным уполномоченного, всем детским домам не хватает одежды, белья, мыла, имеют место перебои с топливом, в Круглоозерном и Уральске недостаточно коек, и дети спят по двое.

Относительно взрослых отмечается, что большинство сами обеспечивают себя питанием за счет выработанных трудодней в колхозах. Теплые вещи – фуфайки, валенки, рукавицы – им помогают приобретать правления колхозов. Однако все равно среди эвакуированных острый недостаток теплых вещей – нет верхней одежды, зимней обуви, шапок. Из-за дефицита бань в районах наблюдается завшивленность, в Уральске фиксируются случаи заболевания эвакуированных брюшным тифом, в Джанибекском – сыпным тифом.

Большая работа проводится по поддержке эвакуированных в проходящих вагонах.

В январские морозы неотапливаемые вагоны, следующие мимо станции Уральск, экстренно оборудованы печами – свыше 250 вагонов-теплушек. Зайцев вспоминает, что 7 декабря на станцию Уральск из Саратова прибыл проходящий эшелон, где в 7 вагонах не было печей. Из них госпитализировано 30 человек с различными обморожениями, нескольких врачам не удалось спасти. Тогда уральские железнодорожники спешно оборудовали вагоны печами, снабдили эшелон топливом и отправили по назначению. Уполномоченный Управления по эвакуации отмечает, что он поставил вопрос о привлечении виновных – кто отправил людей в лютый мороз в холодных вагонах – к ответственности.

Уже 21 января 1942 года забило тревогу бюро обкома партии. Секретарь Бобров, делая отчет о размещении и трудоустройстве эвакуированных, отмечает, что в области имеются факты как радушного, так и враждебного отношения к переселенцам. Председатель колхоза «Карл Маркс» Каменского района Бадаш Джусубалеев обеспечил семьи прибывших жильем, топливом, помог с обустройством и продуктами питания.

В то время как в Бурлинском районе – в совхозах «Бурлинский» и «Шоптыкольский» – эвакуированным предоставили жилье без отопления, ни продуктов, ни одежды не выдали. В результате взрослые и дети стали умирать от голода и болезней.

По всем выявленным фактам невыносимых условий жизни эвакуированных, ответственные лица наказаны.

Потянулись домой

26 января 1942 года облисполком принял решение выделить из бюджета 3,4 млн. рублей для строительства жилых и коммунально-бытовых помещений для эвакуированных в Зеленовском, Каменском, Джаныбекском, Урдинском, Чапаевском, Приуральном, Теректинском, Бурлинском и Чингирлауском районах.

1 апреля 1942 года эвакуационный пункт в Уральске ликвидирован ввиду того, что все размещены по другим временным местам проживания.

Все имущество пункта перераспределено между облсобесом и облкомхозом.

Чуть позже эвакопункт для временного размещения транзитных эвакуированных открыт в стенах школы № 16.

На начало третьего года войны – 1 января 1943 года – в ЗКО проживало уже 40708 эвакуированных с прифронтовой полосы граждан (из них в Уральске – 12059 человек). В колхозах работали 15832 человека, в совхозах – 1287, на промышленных предприятиях – 5855.

Главной проблемой этого года стали плохие урожаи зерна. В Зеленовском, Каменском, Чапаевском, Тайпакском и Приуральном районах не только эвакуированным, но и местным жителям остро не хватало хлеба. За трудодни в колхозах людям нечем было платить.

Часть эвакуированных заявила о своем намерении вернуться на родину – в места под Москвой, которые были освобождены от фашистов. Остро нуждающимся из них оказали материальную помощь на покупку билетов.

В пояснительных записках к отчетам того времени значится, что материальное положение эваконаселения по области очень тяжелое – более 75% раздеты, разуты, больные. Они нуждаются в продуктовой помощи, в промтоварах, в деньгах для приобретения билетов на проезд в освобожденные области.

Уже в июне 1944 года отдел по хозустройству и переселению эваконаселения докладывал, что в ЗКО проживает 13926 эвакуированных. Идет большой отток граждан в родные места.

В документах, датированных 16 сентября 1944 года, тот же отдел сообщил, что в области проживает не более 6000 эвакуированных, из них 30% работают на военных заводах.

Забегая вперед, хочу отметить, что, согласно документам, ребята из украинских детских домов, эвакуированных в Уральск, вернулись на родину в июне-августе 1945 года.

Валенки и боеприпасы

В списке прибывших в ЗКО с сентября 1941 по январь 1942 годов значится 7 предприятий.

Одним из первых из Ленинграда в область прибыл завод по производству продукции для военно-морского флота имени Ворошилова. Предприятие разместили в Наркомречфлоте, в Затоне имени Чапаева.

Тогда же перебазировалась Киевская валяльно-войлочная фабрика (она заняла территорию фабрики «Красный Октябрь» и производственные здания мельницы № 4).

Среди эвакуированных чуть позже предприятий значатся Московский кожзавод имени Землячки (разместился в производственном здании бывшей Макаровской мельницы); Ореховский авторемонтный завод (оборудование полностью было размещено на Уральском ремонтно-тракторном заводе и перестало существовать как самостоятельная единица); Суражская артель «Объединенение» (оборудование артели влилось в пошивочную артель имени Клары Цеткин).

В январе 1942 года в Уральск прибыл Усманьский механический завод по производству литейного оборудования и боеприпасов (его расквартировали в зданиях зооветтехникума и Животноводческой станции), а также Ряжский ликеро-водочный завод (он влился в Уральский ликеро-водочный).

Прибывшие практически сразу же включились в работу под девизом, которым жила вся страна: «Все для фронта, все для победы!»

Обком партии пристально следил за трудовой дисциплиной на предприятиях, организацией рабочего процесса.

Так, в начале ноября 1941 года Бюро обкома приняло постановление о совместной работе Уральской фабрики «Красный Октябрь» совместно с валяльно-войлочной из Киева.

В документе, подписанном секретарем обкома Василевским, звучат тревожные ноты: местная фабрика недодала необходимые фронту 40292 пары валенок. Причиной тому – низкая трудовая дисциплина, срыв графиков работы, простаивание цехов без сырья.

Киевская фабрика к работе готова лишь на 30%, в ней не установлена часть необходимого оборудования.

Решением стало – довести суточную норму валенок до 600 пар в сутки и дополнительно выработать не менее 6000 пар за счет пуска Киевской фабрики.

«От каждого работника, до каждого начальника цеха необходимо требовать строжайшего выполнения суточной нормы, – значится в документе. – Добиться, чтобы каждый коммунист и комсомолец выполнял 2-3 нормы за смену».

На 9 января 1942 года, завод имени Ворошилова имел 178 различных станков и другое оборудование, рабочих и служащих – 709. Чтобы завод выпускал оборонную продукцию для военно-морского флота на полную мощность, требовалось 250 рабочих-станочников, вместо имеющихся 40. Срок пуска намечен на январь 1942 года.

На Усманьском заводе системы Наркомата минометного вооружения на начало 1942 года насчитывалось 58 металлорежущих станков. 9 – литейных, 6 – деревоотделочных, 3 – кузнечно-прессовых, 6 – сварочных и 11 – прочих. Прибыло 104 рабочих. Ожидается прибытие рабочих с других заводов.

Вместе с оборудованием Киевской валяльно-войлочной фабрики приехали 19 рабочих. Пуск фабрики, запланированный на 30 ноября 1941 года был сорван из-за отсутствия электро-силового хозяйства. При этом план на 1942 год установлен в 231 тысячу пар мужских валенок.

Кожзавод имени Землячки привез из Москвы 35 вагонов оборудования, вместе с ним 100 рабочих. План составил в год 100 млн. дециметров хромо-юфти.

Ореховский авторемонтный завод в ноябре 1941 года освоил производство оборонной продукции, при этом продолжал изготавливать тракторные и комбайновые детали.

Суражская пошивочная мастерская перевезла из Орловской области 39 машин и 17 работников. Вместе с коллективом артели имени Клары Цеткин она стала шить по спецзаказу одежду для фронта.

(Продолжение следует)

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top