Многоликий Сакен

14 августа 2014
0
1975

«Покуда изнутри
ночь тушью звезды метит,
спешите сотворить,
чего и нет на свете».

 

«Степь научила его любить краски. Она непостоянна в цвете. Солнце прожигает, кажется, насквозь…», – писал Сакен Гумаров о себе, а мне хочется добавить: «… прожигает и зажигает!» Она зажгла его и в нем – живопись, поэзию, артистизм, мудрое и философское восприятие окружающего мира и другие дарования. Щедро наградила и в то же время что-то отняла – понимание его живописи – при жизни. Прошли годы, и его работы стали воспринимать по-новому.

В доме-музее Сакена Гумарова сделали косметический ремонт, дополнительное освещение, и… картины неожиданным образом засветились, заиграли, зазвучали по-новому, на них подолгу задерживается взгляд. 

– Музею в июле исполнилось 19 лет. Помимо ремонта и изменения интерьера, установили мультимедийный комплекс, – говорит заведующая Мейрамгуль Еслямгалиева. – Теперь мы можем более расширенно давать информацию о художнике, демонстрировать фильм, отзывы о творчестве и воспоминания тех, кто был знаком с ним.

Девушка включает телевизор, и мы видим, как Сакен Гумаров идет по барханам, зачерпывает горсть песка и сыплет его сквозь пальцы. Кстати, он часто использовал в живописи песок с Букеевщины, и картины получались рельефно-объемными. Не секрет, с наскока творчество Гумарова не понять, потребуется подготовка и особый подход.

– По сведениям, у художника 400 работ, в нашем музее – 14, – продолжает Мейрамгуль Гарифоллиновна. – Многие проданы в частные коллекции, в том числе зарубежные. Картина «Порочный круг» – триптих, у нас выставлена его средняя часть. Что хотел сказать художник? Если человек одинок, то его никто не понимает, вокруг него мы видим очертания черных животных, он испуган и находится в замкнутом круге. «Тысяча солнечных зайчиков» напротив, работа светлая; в ее центре мама, которую окружают дети – и все счастливы. «Птица» – отождествление себя с птицей; его не признавали, в него не верили, но он надеялся, что придет время, его картины возродятся и будут жить.


Унесите меня на каравелле,
На старинной, тихой каравелле,
Быть может, в киле, а хотите – в пене.
И бросьте в далеком далече.
В кабриолете других столетий,
В лавине снежной, студеной ваты,
В одышке своры
Запыхавшихся псов.
В бездыханной груде обледенелых листьев.
Унесите осторожно в поцелуях нежных.
В груди вздымающейся, в жилке синей,
В коврах ладоней, в улыбках лилий.

* * *

«Тайна многих болезней лежит в особенностях абсорбции света. Точно также и лечение основано на цветовых и световых эффектах. Я не могу целенаправленно написать картину для лечения язв, однако ко мне обращались с благодарностью люди, которые утверждали, что после просмотра картин они излечивались от этой болячки».

* * *

«Отыскивая родословную своих корней, я не хочу даже думать о том, что они лучше и «изящнее», чем у других народов. Мне было важно показать, что корни казахов и других евразийских народов, в том числе и русских, уходят в глубокие пласты государства Дешт-И-Кипчак, впитывая живительную влагу культуры древних алтайских народов, которая сформировала генетический код сегодняшнего евразийства».

С. Гумаров


Установлена витрина, за которой так называемый уголок Сакена Гумарова, члена Союзов журналистов СССР и члена Союза художников Казахстана, где его мольберт, краски, кисти. На столике Коран: он был верующим. На плечиках костюм и галстук – из кожи, с орнаментом из символов, как сказала Мейрамгуль, он сшил этот наряд сам, поскольку одевался стильно. К слову, в молодые годы кто-то называл его «стилягой», а дети, завидев высокого мужчину в белых брюках в грязную дождливую погоду или в непривычном для глаз туалете, преследовали и шептались: «Смотрите-ка, выписывает кренделя. А мы-то знаем, он – американский шпион!» Сейчас этим детям по 50 лет, и они с доброй усмешкой вспоминают эти эпизоды.

Аннотаций к картинам практически нет, все на суд зрителя. В работах заметно преобладание то одних красок и тонов, то других, в зависимости от периодов и тем, или циклов: «Абай», «Бестиарии», «Аруах», «Тюркское» и других. Чувствуются страсть, кипение, смятение, прозрение, умиротворение, благодать…

Как человек чувствительный и, по словам очевидцев, обладающий сенсорными способностями, он придавал большое значение состоянию души, пребывая в разном настроении. Работы так и называются «Три состояния» и «Семь состояний С.Гумарова» – это еще и его амплуа: живописец, актер, режиссер, музыкант, поэт… По-своему эротичны картины «Звезды и Эрос» (триптих), «Дама-арфа», «Соната в год Дракона-2», «Белый парус», «Поклонение луне». А вот мы видим веселость и даже озорство: «Девушка с перьями», «Ожидание-1», «Фигура», «Двое симпатичных» – непременно вызовут улыбку и придадут оптимизм.

Любопытен и занятен «Автопортрет с подвыванием», как и само название. Скажите, кто-нибудь может представить себя в обличии… собаки?! А художник мог. Почему? Это был 1992 год. «А в виде кого я мог изобразить себя, когда многие годы я все видел, но ничего не мог сделать кроме подвывания?» – так прокомментировал он портрет.

Много работ посвящено супруге: «Когда Гульсара была птицей», … рыбой», … цветком» и другие. А уж сколько произведений о белом гусе! «Зачатие белого гуся», «Память белого гуся через призму Абая», «Раненый белый гусь» и так далее. Что подразумевал автор под ним? «Очеловечивал» его, рассказывая миф о красавице и белом гусе, от союза которых произошло племя людей – казахи.

Сакен часто говорил загадками, его не всегда можно было понять, как, впрочем, и его живопись. И я ни в коем случае не берусь писать о его мыслеформах, выносить какие-то суждения, всего лишь хочу побудить читателя посетить дом-музей. Кто знает, может, этот поход прольет свет на что-то, изменит вас или ваше представление об устоявшемся. Я почти уверена, что так и будет, поскольку его картины не оставляют никого равнодушными. Отзывы о них наполнены небывалым спектром эмоций, почти таких же, какие излучают сами работы, и как емко выразил в короткой фразе Л.Д. Джапаридзе: «Спасибо Вам, что Вы есть…».

Фото: Ярослав Кулик
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top