«Человечество не останется вечно на Земле…»

3 сентября 2020
0
59

17 сентября исполняется 163 года со дня рождения основоположника теоретической космонавтики Константина Циолковского. В 1898 году он закончил большую работу, в которой заложил основы нового направления в науке. «Получился обширный труд, который указал мне на нечто великое, чего я никак не ожидал», – отмечал Константин Эдуардович. Но чтобы труд о космонавтике увидел свет, предстояло дело не менее великое – преодолеть рогатки ЦЕНЗУРЫ. Почему? Цензура могла увидеть в стремлении проникнуть за пределы Земли попытку подорвать устои религии.

По совету Д. Менделеева

Циолковский заранее постарался обезопасить свою работу от цензурного разгрома. Он вспоминал: «Я придумал для неё тёмное и скромное название: «Исследование мировых пространств реактивными приборами». Да и начиналась работа для маскировки вовсе не с космической ракеты, а с рассуждений о полётах в атмосфере.

Только очень смелый и прозорливый издатель мог оценить и опубликовать статью. Таким издателем стал Михаил Михайлович Филиппов. И в конце 1902 года учёный отправляет статью в Петербург в редакцию «Научного обозрения».

Филиппов в восторге: то, что пишет Циолковский – это революция в науке! Началась подготовка к выпуску. Однако тема работы показалась цензору А. Елагину подозрительной. Дело застопорилось.
Что делать? И тут Константин Эдуардович вспомнил о будущем авторе знаменитого Периодического закона химических элементов Дмитрии Менделееве, который был его учителем и другом.

Дмитрий Иванович читал работы Циолковского в «Научном обозрении». В домашней библиотеке Менделеева имелась книга Константина Эдуардовича «Аэростат металлический управляемый» (1892). Новая работа Циолковского заинтересовала его ещё больше. Он познакомился с ней, позвонил Филиппову и сказал следующее:

– А вы, Михаил Михайлович, не отчаивайтесь. Вот что я вам посоветую. При разговоре с Елагиным сведите ваши доводы к пиротехнике. Доказывайте, что ракеты нужны ведь не только для подъёма метеорологических приборов, но и для фейерверков в честь государя императора. Пусть тогда попробует запретить! (Цит. по книге Геннадия Черненко «Город надежды. Петербург – Петроград – Ленинград в жизни К.Э. Циолковского». Лениздат, 1986 г., стр. 77).

М. ФилипповГениальный ход! Филиппов так и сделал. 31 мая 1903 года разрешение на публикацию получено.
Циолковский постепенно подводил читателя к главной теме статьи. Начинал с аэростатов и пушек как средств достижения больших высот. Показывал ограниченность одних и неприменимость других. Карт сразу не раскрывал. Больше говорил об исследованиях воздушной оболочки Земли. Даже ракеты якобы нужны для этого. И лишь через несколько страниц становилось ясно, куда гнёт автор.

«Предлагаю реактивный прибор, – писал Циолковский – т.е. род ракеты, но ракеты грандиозной и особенным образом устроенной».

У небывалого реактивного снаряда – каплеобразная форма. В головной его части – помещение для людей, аппаратов жизнеобеспечения и научных приборов. Сзади расположены баки с жидким топливом (водородом и кислородом) и реактивный двигатель.

Геннадий Черненко и некоторые другие авторы книг о космосе единодушны: приходится только удивляться гениальной прозорливости Циолковского, казалось, видевшего через десятилетия и так ясно, в деталях представлявшего устройство будущих ракет и кораблей.

Учёный рассмотрел полёт ракеты в различных условиях и вывел уравнения её движения. Писал о станциях, летающих «неопределённо долго вокруг Земли» («Салют», «Мир», МКС!!!) и о спусках на другие планеты. Именно Константин Циолковский первым теоретически обосновал космический полёт.

Странная смерть

И вдруг новый поворот: публикация статьи застопорилась в пятом номере «Научного обозрения». Циолковский готовил продолжение, и оно наверняка бы появилось. Но случилась трагедия. Утром 12 июня 1903 года редактора «Научного обозрения» М.М. Филиппова нашли мёртвым на полу своей лаборатории у стола с химической посудой и реактивами.

Редактор занимался химией? Ей, и не только. Геннадий Черненко приводит просто потрясающий, сенсационный факт:

«Накануне Филиппов послал в газету «Русские ведомости» письмо, в котором сообщал о сделанном им открытии. По его словам, он нашёл СПОСОБ ПЕРЕДАЧИ НА БОЛЬШИЕ РАССТОЯНИЯ ЭНЕРГИИ ВЗРЫВА (выделено мной – А.С.). Он считал, что его открытие поможет НАВСЕГДА УСТРАНИТЬ ВОЙНЫ, поскольку они станут практически невозможными, бессмысленными и безумными» (там же, стр. 79).

«В ранней юности, – писал Филиппов, – я прочитал у Бокля, что изобретение пороха сделало войны менее кровопролитными. С тех пор меня преследовала мысль о возможности такого изобретения, которое сделало бы войны почти невозможными».

Изобретение Михаила Михайловича и его странная смерть до глубины души потрясли Циолковского. Однако в чём заключалось изобретение, какое физическое явление использовал учёный, осталось тайной. Не удалось установить и точную причину его гибели. Приехала полиция. После тщательного обыска все записи, приборы, реактивы увезли в охранку…

«Научное обозрение», доставлявшее властям столько беспокойства, мигом закрыли, а нераспространённые экземпляры последнего, майского, номера – конфискованы.

Напрасно Циолковский ждал оттиск своей статьи (обычно он получал их в счёт гонорара). Случайно удалось достать один экземпляр «Научного обозрения» за май 1903 года. Циолковский вырезал свою статью, переплёл и оставил в домашней библиотеке с поправками. А на обложке сделал такую надпись: «Прошу беречь как зеницу ока, ибо это единственный экземпляр, вырванный из журнала».

Преемник

Немногие тогда обратили внимание на статью о космической ракете в «Научном обозрении». Слишком уж смелыми и необычными оказались идеи Циолковского, слишком опережали развитие техники. Да и в руки читателей попала лишь меньшая часть тиража. Но публикация сыграла свою важную роль.

На следующий год после появления «Исследования мировых пространств реактивными приборами» о статье Циолковского узнал тогдашний ученик Рижского реального училища Фридрих Цандер – будущий пионер ракетной техники, космонавтики, автор знаменитого клича: «Вперёд, на Марс!»

Цандер стал первым в России инженером, всецело посвятившим себя решению проблем межпланетных полётов. Он воспринял идеи Циолковского и развил их. Цандер разработал проекты космической оранжереи и КРЫЛАТОГО межпланетного корабля, занимался космической навигацией и проектированием ракетных двигателей. Как и Циолковский, он мечтал об освоении космического пространства на пользу и счастье людей.

И тут грянула другая сенсация, но уже со знаком «минус». О «преемниках» совершенно другого рода калужский учёный тогда и подумать не мог…

Cхема космического корабля, приведённая Циолковским в рукописи «Свободное пространство» (март 1883 г.)

Мирные и высокие цели

Два года спустя после появления статьи Циолковского петербургская газета «Биржевые ведомости» опубликовала потрясающую телеграмму из Нью-Йорка о том, что американской компанией по производству артиллерийских снарядов создана воздушная ТОРПЕДА-РАКЕТА ОГРОМНОЙ РАЗРУШИТЕЛЬНОЙ СИЛЫ. По словам компании, ракетное орудие должно произвести переворот в способах ведения войн.

«Изобретатель говорит, – писала газета, – что его воздушная мина действует так же хорошо, как обыкновенный снаряд, но удобнее последнего для перевозки и гораздо дешевле».

Циолковский негодует: с таким хладнокровием извещать о чудовищном средстве уничтожения людей! Ракетная техника становилась орудием убийства, источником страданий. Учёный берётся за перо.

«Телеграмма привела меня в горестные раздумья, – пишет он в Петербург, в газету «Биржевые ведомости». – Ровно два года тому назад, в мае 1903 года в № 5 «Научного обозрения» появилась моя математическая работа «Исследование мировых пространств реактивными приборами». И вот всесветные акулы (так называет Эдисон похитителей чужих мыслей) уже успели отчасти подтвердить мои идеи и, увы, – уже применить их к разрушительным целям!»

Циолковский писал, что никогда не занимался усовершенствованием орудий смерти. «Работая над реактивными приборами, я имел в виду мирные и высокие цели: завоевать Вселенную для блага человечества, завоевать пространство и энергию, испускаемую Солнцем! Орудия разрушения нас занимают, а орудия блага – нет. Когда это кончится?!» – восклицает учёный.

После закрытия «Научного обозрения», в том же году, в Петербурге начал выходить новый журнал под названием «Воздухоплаватель» – единственное в России издание такого рода. Основал его Н.Я. Стечкин. Журналист и газетчик, он почувствовал, что пора выпускать именно такой специализированный журнал.

К тому времени воздухоплавание сделало серьёзные успехи. Широкое применение в военном деле получили воздушные шары и привязанные наблюдательные аэростаты. В Учебном воздухоплавательном парке, организованном в Петербурге, на Волковском поле, велась подготовка офицеров и рядовых к воздухоплавательной службе.

Как и предсказывал Циолковский, дирижабли совершали довольно успешные управляемые полёты. Совсем немного, около полугода, оставалось до первого полёта крылатой машины, аэроплана, братьев Райт. Журнал сообщал об этих важных событиях, помещал научные и технические статьи.

(Окончание следует)

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top