Бросок на юг

30 апреля 2020
0
608

В.А. ОбручевПроблема переброски части стока сибирских рек на юг стала активно муссироваться в 1950-х – 1970-х годах. Но она далеко не нова. Впервые её высказал в 70-е годы XIX века известный инженер-гидролог Демченко. Его последователи внедряли в общественное сознание мысль: вода нужна для орошения полей и пополнения усыхающего Аральского моря. Но так ли это? Что писал Иосифу Сталину о реальном, а не извращённом, «проекте века» академик В. Обручев и почему в защиту проекта выступил Юрий Лужков?

Обогнуть и высушить

В системе Минводхоза СССР создали специальный ИНСТИТУТ по переброске речного стока. Научно-исследовательские институты получили громадные средства по договорам. В них необходимым условием ставилось только одно: подтвердить целесообразность прокладки канала Сибирь – Средняя Азия.

Значит, хотели, кроме всего прочего, действительно спасти усыхающее с 1960 года Аральское море? Как бы не так! Учёные Александр Яншин и Аркадий Мелуа пишут нечто чудовищное:

«… Сравнивались варианты, но ни по одному из этих вариантов канала не предполагался сброс вод сибирских рек в Аральское море. Проектируемый канал должен был ОГИБАТЬ (выделено мной – А.С.) Аральское море с востока, пересечь русло Сырдарьи около железнодорожной станции Майлибаш, а дальше через пустыню Кызылкум выйти к Амударье в районе ныне существующего Туя-Муюнского водохранилища. От южного отрезка канала должна была отходить мощная оросительная сеть. И единственной целью этого грандиозного сооружения было очередное расширение посевов ХЛОПЧАТНИКА». (А. Яншин, А. Мелуа, «Уроки экологических просчётов», Москва, «Мысль», 1991 год, стр. 25).

Чтобы получить согласие директивных органов, проектанты по согласованию с хозяйственниками прибегли к обычной уловке – занизили все расходы на строительство канала, а все возможные выгоды – преувеличили.

Место забора воды определили вскоре после начала изысканий: Обь ниже впадения в неё Иртыша. Отсюда канал должен был идти вдоль левого берега Оби, потом Иртыша, далее вдоль Тобола до водораздела, разделяющего бассейн реки Тобол и верховья реки Тургай, текущей на юг.

До этого вода должна подниматься на высоту до 100 м путём ступенчатой перекачки, а дальше самотёком спускаться по долине реки Тургай к озеру Челкар-Тенгиз, потом через пески Приаральских Каракумов идти к Сырдарье. Забор воды из Оби проектировался в объёме 27 кубических километров в год.

Канал предусматривался длиной 2 500 км, шириной до 200 м и глубиной до 16 м. Амбиции проектировщиков просто поражают. Самое интересное состоит в том, что канал практически ничего не давал Узбекистану.

Предполагалось, что на широте Южного Урала от канала пойдут мощные водопроводы в Магнитогорск и Челябинск. Южнее, в Тургайской и Кустанайской областях Казахстана, до 7 кубокилометров воды предполагалось использовать для орошения целинных земель, которые в 1980-х годах вдруг стали давать низкие урожаи – не более 8 ц с гектара. Далее принималась явно заниженная величина потерь воды на фильтрацию: по всей длине канала 10%, то есть 2,7 куб. км в год.

А ведь канал должен пересечь голые пески Приаральских Каракумов и Кызылкумов с очень глубоким залеганием «грунтовки». На самом деле, как подчёркивают А. Яншин и А. Мелуа, потери будут ещё больше. Ведь не учитывались потери воды на испарение с поверхности канала и водохранилищ, которые должны сооружаться по всей трассе канала.

С учётом всех этих потерь к Узбекистану по каналу подошло бы не более 10-12 куб. км воды в год.
Оба учёных задались резонным вопросом: не проще получить это же количество воды путём реконструкции существующей ирригационной системы, которая теряет в год на фильтрацию в грунт 26 куб. км?

Но не это оказалось главным в судьбе проектируемого канала, а его стоимость. После многократных расчётов она выросла с 16 млрд. руб. до 90 млрд. руб. Выделить столь гигантскую сумму Советский Союз, в котором разворачивалась перестройка, оказался не в состоянии. Поэтому на заседании Президиума Совета Министров СССР 19 июля 1986 г. и Политбюро ЦК КПСС 14 августа 1986 г. решили строительство канала прекратить и продолжить изыскания по экономическому и экологическому обоснованиям его строительства.

На заседании Президиума Совета Министров СССР 19 июля 1986 г. тогдашний министр Минводхоза СССР Н. Васильев попытался в последний раз утвердить проект канала для переброски стока сибирских рек. Но проект отменили.

Подводя итоги заседания, председатель Совмина СССР Николай Рыжков несколько раз напомнил об ответственности перед будущими поколениями. «Нужно не только считать деньги, но и оберегать нашу природу от поспешных, непродуманных действий» – заявил Н. Рыжков.

Реанимация от Лужкова

Тогда же, в 1991 году, А. Яншин и А. Мелуа написали пророческие строки: «Вопрос о переброске части стока сибирских рек в Среднюю Азию, вероятно, опять будет поставлен в начале 3-го тысячелетия. Связано это будет с бурным ростом населения в республиках Средней Азии, поэтому будет увеличиваться и потребность в воде, даже при рационализации существующей сейчас системы ведения сельского хозяйства и резком сокращении удельного водопотребления на единицу продукции» (стр. 27).

В конце 1990-х с реанимацией проекта переброски части стока сибирских рек в Среднюю Азию выступил тогдашний мэр Москвы Юрий Лужков. Причём назвал именно эти причины. Лужков отметил, что решение проблем водоснабжения и орошения даст работу местному населению и значительно уменьшит миграцию. От противников всяких перебросок ныне покойному Юрию Михайловичу досталось сильно. Мол, «шкурный интерес» имелся у мэра: он хочет избежать увеличения наплыва мигрантов в Москву…

Так или иначе, вопрос Лужков поставил, и он хорошо согласовался с идеями А. Яншина и А. Мелуа. Но как это практически могло бы выглядеть?

Тогда нужно разработать другой проект канала! С привлечением для подачи воды в Среднюю Азию не только Оби, но и Енисея.

Здесь надо иметь в виду следующее обстоятельство. Правый приток Оби – Кеть и левый приток Енисея – Кас когда-то соединялись каналом, по которому ещё в 20-е годы ходили баржи. Затем этот канал забросили, он обвалился и не годен для эксплуатации. Но есть проект Среднеенисейской ГЭС.

Если он будет реализован, то уровень водя в устье реки Кас поднимется на 27 м, и при условии расчистки и углубления существующего канала вода Енисея самотёком, без всяких перекачек пойдёт через реки Кеть и Обь, пополняя ресурсы вод, которые из неё могут быть направлены в Среднюю Азию.

Енисей многоводнее Оби. Его среднегодовой сток равен 400 кубических километров, у Оби – 300 кубокилометрам. Поэтому переброска даже 40-50 куб. км воды из него в Обь не скажется на гидрологическом режиме в низовьях Енисея. Тогда забор воды из Оби может составить уже не 27, а 55-60 кубических километров.

Им – морозы, нам – бананы

Наконец ещё один любопытный нюанс. Время от времени в казахстанских и российских СМИ всплывает информация о целесообразности возобновления строительства канала Волга-Урал, в том числе для пополнения реки Урал и водоснабжения Карачаганакского месторождения. При этом Волгу нужно пополнить из многоводных Печоры и Вычегды.

Смешно? Как сказать. Было очень интересное письмо академика-геолога Владимира Обручева (того самого, автора известных романов «Плутония» и «Земля Санникова») Иосифу Сталину.

«Товарищ Сталин! – писал Обручев. – Для того чтобы наша страна сделала резкий экономический скачок и оставила далеко позади ведущие западные державы, необходимо повернуть сибирские реки, в частности Иртыш и Обь, в Среднюю Азию. Цель: транспортировка пресной воды для орошения Курганской, Челябинской, Омской областей, а также территорий Казахстана, Узбекистана и Туркмении. Мы восстановим усыхающее Аральское море, расширим площади для выращивания хлопка, решим все продовольственные проблемы и откроем судоходство по новым каналам».

Сталин поддержал академика. Но для начала надо восстановить страну от последствий страшной войны. Сама идея, одобренная вождём, неожиданно НАПУГАЛА АМЕРИКАНЦЕВ.

Документалист и телеведущий Игорь Прокопенко в книге «Военные тайны ХХ века» (Москва, 2017) приводит высказывание доктора военных наук Сергея Зенкевича:

«Товарищ Сталин согласовал это (переброску – А.С.) с американцами. В 1949 году родилась военная американская метеорология. Они начали просчитывать, что будет. А было бы следующее. Пресная вода, не поступающая в Ледовитый океан, повысила бы его солёность и он освободился бы от льда. Это был бы круглогодичный проход. Одновременно с этим холодные слои ушли бы вниз и двинулись в сторону Америки» (стр. 510)

Сами американцы были в шоке: через 15 лет после поворота сибирских рек у них в штате Калифорния начнутся сибирские морозы, а на территории советского Дальнего Востока потеплеет так сильно, что там можно круглогодично выращивать бананы и апельсины.

Сергей Зенкевич уверен: Советский Союз стал бы процветающей державой. В современной России культурным земледелием занят всего ОДИН ПРОЦЕНТ территории. Один процент кормит 98% населения.

С. Зенкевич уверен: «Это был очень выгодный нам проект. Причём проект был финансово осуществим. И тот крик, который поднялся, что это безобразие, что это гнусно – это крик, который абсолютно ничем не обоснован. И первый проект по попытке изменения климата, причём в нашу пользу, был заморожен».

Американцы мечтали о скорейшем прекращении работ по переброске, и руководство СССР во главе с пришедшем к власти Михаилом Горбачёвым воплотило мечту в реальность. Минводхоз, конечно, дел наворотил, но сама идея «проекта века», как оказалась, по-прежнему актуальна. Поэтому во всей той истории логично поставить не точку, а запятую.

Река Обь

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top