Щедрое сердце

11 июня 2015
0
2235

Александр Соболев (справа) с другом и соратником по ансамблю Степаном СеврюгинымОн жил в согласии с женой, любил своих детей, относился с пониманием к людям и пользовался огромным уважением окружающих. Его песня лилась из глубины души, а слова шли от самого сердца, поэтому, наверное, друзья и стремились в его гостеприимный дом – поговорить за жизнь, обсудить, что наболело и попеть песен с этим удивительным уральским казачком, таким простым и таким одновременно незаурядным человеком – Александром Николаевичем Соболевым.

Уже шесть лет нет его на свете. Пережив мужа на пять лет, год назад умерла и его супруга Люба, верная спутница и хранительница семейного очага этого заводного, весёлого и очень доброго яицкого горыныча (так испокон веков называли себя уральские казаки, родившиеся и выросшие на своенравной реке – могучем, бурливом Урале-Горыныче).

В доме его дочери – Светланы Синильниковой хранятся медали, десятки грамот, благодарственных писем, фотографии и что ещё удивительнее – стихи, которые верные друзья посвящали Александру Николаевичу и его супруге на юбилеи, золотую, бриллиантовую свадьбы…

–  Папа всегда был очень ответственным, принципиальным человеком, за любое дело брался с душой, работал по совести, поэтому и грамот у него бесчисленное количество, – говорит Светлана и протягивает нам одну из них. – Видите, это Похвальный лист за безупречную службу в рядах Советской Армии, одна из первых его наград, его он получил в 1953 году.

Такие же Почётные грамоты «За добросовестный труд и достигнутые высокие показатели», датированные разными годами, вручали Соболеву и от имени руководства радиорелейной связи по области и даже присылали из Министерства связи СССР.

Отдельно в стопочке сложены грамоты казачьи. В далёком 1995 году войсковой атаман Резервного казачьего войска А. Рева в Москве вручил Александру Соболеву Благодарственное письмо с признанием заслуг в деле возрождения казачества.

Всего через год, в 1996 году, уже в Уральске атаман С. Иртикеев наградил медалью за заслуги в деле возрождения Уральского казачества.

Есть в копилке нашего героя и Благодарственное письмо от председателя малой ассамблеи народа Казахстана К. Тулебаева, его Соболев получил в 2006 году «За вклад в реализацию Стратегии Ассамблеи народа Казахстана».

Среди большого количества цветных фотокарточек мелькают несколько пожелтевших от времени чёрно-белых фото.

На них – отец нашего героя – Николай Викторович Соболев с супругой Клеопатрой Николаевной в окружении сыновей Николая, Владимира и Александра.

Светлана рассказывает, что Николай Соболев – уроженец Тайпакского района, села Калмыково, в молодые годы служил унтер-офицером царской армии в Гурьеве. Он сопровождал обозы с красной рыбой, которую вылавливали в Урале и везли прямиком в Москву, к царскому столу.

– Когда началась революция и Гражданская война, дед воевал на стороне белых, в составе армии под командованием генерала Владимира Толстого, – рассказывает Светлана Александровна. – Он получил ранение, попал в плен, но его не расстреляли. Политрук-красноармеец убедил его, что воевать на стороне царя бессмысленно, большевики всё равно возьмут верх, и дед перешёл на сторону красных. До самой своей смерти он не жалел об этом своём решении. Огорчало его лишь одно: не верили большевики в Бога, за это называл их богохульниками.

Николай и Клеопатра Соболевы в окружении семьи сына Саши и снохи Любы с внуками Юрой и СветойКогда отгремела Гражданская война, дед Николай вернулся в родное Калмыково, стал лесничим, женился. Но жена его погибла от шальной пули бестолкового охотника, и тогда он женился повторно, на местной казачке Клеопатре. В девичестве Ботова, вышла она замуж за зажиточного казака Михаила Вязниковцева, была владелицей двух особняков и огромного фруктового сада. Когда в Гражданскую её супруга убили, всё их имущество, включая сад и дома, конфисковали. Так, с нехитрыми пожитками и маленькой дочкой Марией пришла Клеопатра Вязниковцева в избу казака Соболева, чтобы прожить с ним всю оставшуюся жизнь.

– Жили дед с бабушкой ладно, всё делали сообща, – вспоминает Светлана. – У них был полный двор скота – овцы, быки, корова, куры, гуси. Бабаня никогда во дворе не управлялась – за скотиной сам дед с сыновьями ухаживали. Она только по дому: в большой русской печи пекла свои особенные калмыковские пироги с рыбой, парила тыкву, варила уху. Дед очень любил рыбачить, сам плёл сети, в одиночку на лодке плавал по Уралу и выуживал многокилограммовых судаков, сазанов, а когда красная рыба косяками шла с нереста на Каспий, вылавливал на крючья и осетров.

Наша собеседница вспоминает, что дед Николай Соболев не переставал молиться богу, держать пост, а дожил он до 85 лет. В дальней комнате его дома был иконостас, где всегда горела лампада, и где он уединялся, когда приходил час молитвы.

– Родители запрещали нам рассказывать кому-либо, что наш дед верующий, – говорит она. – Ведь в советское время с этим было строго – учителя ругали тех, кто в Пасху ходил к соседям христосоваться, не разрешали носить нательные крестики. Но сам папа, когда ему предложили вступить в партию, от этого отказался и открыто сказал, что его отец верит в Бога, поэтому быть коммунистом он не может. Он уважал веру своего отца, хотя самому ему говорил: «Ты моих детей шибко к вере не приобщай, им в советском обществе жить». А дед тайком давал мне с братом Юрой почитать Библию и всегда говорил: «Любое дело надо с Богородицей делать, ей молиться, чтоб удачу в делах посылала»…

Когда началась Великая Отечественная война, на фронт ушёл младший Николай Соболев – старший сын Николая Викторовича. Самого его воевать не взяли – слишком много ран было на его теле ещё после Гражданской войны. Забегая вперёд, скажу, что Николай Соболев с фронта вернулся живым и невредимым, пехотинцем дошёл до Берлина и встречал победный май под стенами Рейхстага.

Саша же Соболев, которому тогда едва исполнилось 12 лет, стал помощником монтёра на местной почте. А спустя время смышлёного паренька назначили радистом – в его обязанности входило обеспечение бесперебойной связи села с внешним миром. Уже после войны он решил, кем непременно будет, сам поехал в Алма-Ату и поступил учиться заочно в техникум связи.

А в 1947 году произошло поворотное событие в его жизни – на пароходе в Калмыково приплыла молодой специалист лесхоза Люба Владыкина. В день, когда пароход привозил из Уральска людей, встретить своих близких, а то и просто поглазеть на окружающих, выходило чуть ли не всё Калмыково. Вот и в тот летний день связист Саша Соболев тоже решил вместе со всеми встретить пароход. Стройную девушку в лёгком платьице с маленьким чемоданчиком в руках невозможно было не заметить – сердце парня дрогнуло. «Она будет моей женой», – мелькнуло в его голове.

– Наша мама не из местных, она приехала в Уральск из Украины, – рассказывает Светлана Александровна. – Её семья была многодетной – восемь ребятишек, жили они под Донецком, очень тяжело, голодно.  Когда мама в 1946 году закончила лесной техникум в городе Великоанадольске, на Украине зверствовали бандеровцы. Она рассказывала нам, что из её группы пропали несколько ребят-комсомольцев, которых вскоре нашли зарезанными. Родители стали уговаривать её уехать в Казахстан, считали, что здесь жизнь поспокойнее. И по распределению мама поехала в Алма-Ату, а потом попала и в Уральск – сначала в Январцевский лесхоз, потом – в Калмыковский.

Очень бойкий, шутник и балагур Саша Соболев приглянулся Любе с первой встречи, но родители кавалера были против их отношений. «Зачем ты с ней дружишь? – отчитывала его мать. – Выбери себе местную девку».

Но никакие уговоры не действовали, и в 1949 году молодые поженились.

Мягкая и добрая Люба сразу нашла общий язык и с отцом, и с матерью Саши. Потихоньку-полегоньку Клеопатра Николаевна стала учить свою сноху и по хозяйству управляться, и печь свои знаменитые пироги.

– Когда мама сама уже стала хозяйкой в доме, многие наши гости с восхищением ей говорили, что таких вкуснейших пирогов с рыбой нигде больше не пробовали, – с грустью вспоминает Светлана Синильникова. – А мама всегда отвечала, что так её научила свекровь.

Потом была служба в армии. На это время Люба поехала пожить к своим родным, а когда Соболев после демобилизации поехал за ней, заявила, что хотела бы остаться на родине.

– Папа тогда ей сразу заявил, что будет жить на Украине, когда там потечёт Урал, – со смехом говорит наша собеседница. – Пришлось маме собираться в дорогу…

Уже в пути Люба рассказала мужу, что его приезда ждала со страхом: её родители тоже с неодобрением отнеслись к её выбору. Но когда он с шутками и прибаутками пришёл в их дом, а после ужина вдруг попросил дать ему старенький баян, что пылился в углу, да вдруг заиграл, сердца украинских мамы с батей дрогнули – приняли казахстанского зятя в свою родню.

– Вообще папа всегда был человеком мира, – с теплотой говорит Светлана Александровна. – Он никогда не отказывал в помощи никому, дружил с людьми разных национальностей. С детства у него в товарищах были два калмыковских мальчишки – Жума и Хангерей. От них папа выучился казахскому языку, от них же говорить по-казахски научилась и наша мама Люба. Когда мы уже переехали в посёлок Круглоозёрное, эти товарищи частенько приезжали к нам погостить, навещали нас семьями. Крепкая дружба связывала папу с известным в городе депутатом Аветиком Амирханяном. Очень любил он общаться с писателем Николаем Корсуновым… Частыми гостьями в родительском доме были наши, уральские казачки-певуньи Наталья Комарова, Наталья Купина… Поговорить о своём, о житейском частенько приезжали Ялфимов, Авилов, Иртикеев…

Как сложилось, что простой труженик-связист стал центром притяжения для многих замечательных людей? Это загадка для окружающих, но не для членов его семьи.

– Александр Николаевич был очень душевным, добрым, открытым человеком, – отмечает дочь. – Людей притягивало его жизнелюбие, сердечная теплота в отношениях. Он был очень начитанным, умным человеком, в его доме была огромная библиотека, он мог говорить на любые темы… Нам папа всегда говорил, что для любого человека важно внимание. И мама его в этом поддерживала – она никогда не отпускала пришедшего без чашки чая, а если в доме был праздник – гости знали, что на столе обязательно будут мамины пироги, пирожки, блины, вареники, и никто не встанет из-за этого стола голодным. Уже когда папа стал петь в ансамбле «Уральские казаки», все гости ансамбля стали приезжать именно в его дом. Сам Евгений Иванович Коротин, создатель ансамбля, на золотой свадьбе моих родителей при всех гостях признался, что он редко с кем из людей сходится очень близко, а вот знакомство с Александром Николаевичем стало для него знаковым – оно переросло в очень крепкую дружбу. Именно Коротин, когда в Уральск в 1997 году приехали потомки генерала Толстого – его сын и сноха из Австралии, не раздумывая предложил их везти в гости в дом моего отца – хлебосольнее казака, по его же словам, по всей области было не сыскать…

Кстати, Светлана Александровна рассказывает нам, что приглашение петь в ансамбле «Уральские казаки» её папа получил очень необычно.

– Когда мы переехали в Круглоозёрное, коллеги-связисты, видя, какой он шутник и балагур, стали приглашать его в качестве тамады на свадьбы своих детей, на юбилеи, – объясняет она. – По колхозу стали говорить, что в ТУСМе (это тот самый линейный узел связи – место работы Соболева) появился артист, казачок из Калмыково. Так вот однажды папа работал во дворе и услышал, что за его огородом раздаётся казачья песня. Он вышел, а на берегу реки, прямо напротив нашего дома, расположились местные казачки. Артемий Иванович Донсков – организатор ансамбля сказал папе, что это они его своими песнями на улицу выманивали, знали, что ни один казак дома не усидит, когда услышит голос своей крови. Он предложил папе петь вместе с ними, и тот согласился.

Так началась гастрольная жизнь Соболева. Было ему в то время 58 лет.

– Когда папа в полном восторге приехал с первого концерта, где выступал их ансамбль, и начал нам рассказывать, с каким восторгом их принимала публика, как люди им хлопали, мама вдруг вспомнила историю, которая произошла много лет назад, – говорит Светлана. – Мы с братом Юрой тогда были маленькими, это было ещё в Калмыково. К нам за подаянием пришла цыганка, и отец усадил её во дворе, попросил маму налить ей супа, покормил, напоил её, а та вдруг ему сказала: «Ты очень добрый человек, и Бог тебя любит. Когда тебе будет 60 лет, ты станешь известным человеком, артистом. По разным городам будешь ездить, народ тебя будет знать и уважать». Мама тогда над этим предсказанием только посмеялась, а оказалось, что права была цыганка. С концертами «Уральские казаки» ездили и в Москву, и в Ленинград, и в Волгоград, и в Саратов. Даже когда папа уже совсем постарел, в 2005 году он смог посмотреть нашу новую столицу – Астану – вместе с атаманом Авиловым и казаками из ансамбля Севрюгиными он ездил на 10-летие Ассамблеи народа Казахстана, и там они завоевали первую премию среди народных ансамблей…

Нет в живых четы Соболевых. Но жива память о них в сердцах их детей, внуков, многочисленных друзей. А самое главное – жива любовь к казачьей песне, без которой не мыслил своей жизни Александр Соболев.

– Старший внук папы –  Миша Соболев сейчас продолжает петь в новом составе «Уральских казаков», в ансамбле Натальи Комаровой уже поют и его дети, правнуки дедыньки Саши – Софья и Макарушка, – рассказывает дочь. – Ещё одна внучка – Маша, как и наш Александр Николаевич, играет сразу не нескольких музыкальных инструментах, прекрасно поёт. Папа учил нас всегда, что мы должны делиться с людьми своей душевной теплотой, думаю, что он одобрил бы то, что сейчас делают его внуки и правнуки…

Золотая свадьба четы Соболевых

Фото из альбома семьи Соболевых
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top