Математики тоже поэты

4 января 2018
0
213

Они почти ровесники – Сериккали Темирболатов и Владимир Высоцкий. И оба не терпели ложь, не умели лукавить. Высоцкий умер молодым, Сериккали Темирболатов дожил до 80-ти. Но все равно не верится, что приветливое «Айнам!» мне более не услышать от брата Сериккали.

Многие математики ВУЗов Казахстана и ближайшего зарубежья слушали лекции профессора КазГУ Темирболатова Сериккали Ескалиулы. На протяжении полувека он доходчиво объяснял сложнейшие материалы, более 15 лет заведовал кафедрами вычислительной математики и математической физики. И не случайно многие его работы посвящены расчетам технических задач, и он становится уникальным для университета специалистом – доктором физико-математических наук по специальности «Дифференциальные уравнения и математическая физика».

Сериккали родился в степном ауле Казталовского района Западно-Казахстанской области. Подъем аула былой Бокеевской орды деда Сериккали – Темирболата – пришелся на начало ХХ-го века. Но вскоре исчезло много казахских аулов, приграничных с Поволжьем Саратовской области, народ враз обнищал под натиском объявленных многочисленных поборов новой властью и бесчисленных грабежей банд противоборствующих сторон в затянувшейся гражданской войне.

Сериккали родился в период затянувшейся коллективизации. Имя первенца в переводе с казахского означает «помощник отцу».

Через три года в семье счастливого отца родился второй сын, которого нарекли Берикбаем. А вскоре началась война, так и не дав возможности распрямиться от бедноты крестьянству аула.

Учитель начальной школы Ескали Темирболатов, оставив жену с двумя малолетками, уходит на фронт.

Будучи одна с детьми, Нагима мужественно преодолевала трудности жизни на селе, сберегла сыновей до возвращения мужа с войны. Однако полуголодное существование и самоотверженный труд ради приближения Победы серьезно подорвали ее здоровье.

Вернувшийся Ескали вновь стал учительствовать, забрав в учебный класс своего первенца с 1945 учебного года. Он был добрым отцом и строгим, требовательным учителем, повторяя в этом опыт аульного муллы, у которого ему довелось учиться в детстве.

В довоенные и послевоенные годы не существовало бытующего сегодня сомнительного мнения о защите детей от бытового труда. И ребята тех лет привлекались к посильной работе, помогая взрослым, вырастая приспособленными к жизни, с волевой подготовкой к преодолению трудностей, так пригодившейся впоследствии Сериккали. Мальчишкой, наравне со сверстниками, он гордился появлению на руках первых трудовых мозолей.

На третий год после войны в дом Ескали пришла беда – умерла жена. Хоронили ее всем аулом.

Боль от потери самого дорогого человека осталась в детях неизгладимой раной, оставшейся на всю жизнь. Искреннее сочувствие родственников и соседей помогало пережить горе.

Отдаленные от шумных поселений казахские аулы до сих пор тем примечательны, что в них никому не грозит полное одиночество. Традиционно они живут одной дружной семьей, тесно общаясь и делясь всем, чем Бог послал.

Большие роды байулинцев – Байбакты и Жаппас – за многовековое тесное соседство на просторах Бокеевской орды жили дружно и роднились. Нередки случаи, когда братья одного из родов брали в жены сестер соседствующего рода.

Наша родная по отцу тетя – Жумаш апа – за годы войны лишилась мужа, погибшего в боях под Сталинградом. Судьба свела ее с младшим сватом, одним из близких родственников нашей мамы – Ескали Темирболатовым. Ескали и Жумаш создали новую семью, впоследствии совместно родив дочь и сына. Так состоялась крепкая дружная семья с четырьмя детьми. Старший сын Сериккали стал примером для младших, помощником им и советчиком.

В детстве начала 50-х годов в дни летних каникул, приезжая из Уральска в Казталовку и Кошанколь, где жили Жумаш апа и Ескали ага, я впервые ощутил на себе доброжелательность с виду сурового дяди Ескали. Говорил с ним на своем, по-городскому ломаном казахском, и услышал от него снисходительное: «Балам, орысша сөйле, қиналмай, мен түсінемін» (Сынок, говори по-русски, не утруждайся, я пойму). Но я продолжал по-казахски, считая себя обязанным со старшим говорить на родном языке, хотя меня к этому никто не принуждал.

Впоследствии, когда мой разговорный казахский стал шире, обратил внимание на образность, лаконичность и математическую точность выражений речи Ескали ага. Эта способность передалась и его детям. Иногда мне кажется, что такая постановка речи способствует математическому мышлению.

В ауле Сериккали закончил начальную школу у своего отца, увидевшего в нем будущего математика, семилетку – в Ордабае, а десятилетку – в Казталовской районной средней школе-интернате, куда съезжались школьники из отдаленных поселков.

После окончания средней школы в 1955 году Сериккали поступал в КазГУ на математический факультет по совету отца, отличника образования Казахской ССР.

На вступительных экзаменах в столице обнаружились серьезные прорехи в подготовке выпускников из степной глубинки.

Диктант по русскому языку почти 100% «аульных» абитуриентов с треском завалили. Среди них оказался и Сериккали Темирболатов. Из-за отсутствия преподавания иностранного языка в районной школе в аттестате в соответствующей графе стоял прочерк. Несмотря на это, Сериккали осмелился на сдачу экзамена по немецкому, имея небольшие навыки разговорного с друзьями из соседнего немецкого Поволжья и своего увлечения казахской литературой, имевшей, как и немецкий, латинский шрифт. В итоге за письменный немецкий получил заветную тройку. Зато экзамен по математике он уверенно сдал на «отлично»!

ЦК КП Казахстана решил аннулировать результаты диктанта учащихся из казахской глубинки, и Сериккали Темирболатов стал студентом математического факультета Казахского Государственного Университета.

Сериккали, как имеющего живых родителей, в предоставлении места в общежитии было отказано. За помощью к родственникам, живущим в Алматы, он обращаться не стал. И в первый год пристроился на одной кровати в общежитии геолого-географического факультета КазГУ к старшекурснику Атауову Салиму – двоюродному брату Сериккали из Казталовки.

К 1956-му учебному году брат Салим, получив диплом об окончании, уехал по направлению на Кустанайщину, став в числе первопроходцев всемирно известного железорудного комбината.

Сериккали помогали студенты из Казталовского детдома, делили с ним одну кровать Кабдыгалиев Зайдулла с факультета журналистики КазГУ, Сагмалиев Гумар из мединститута.

Несмотря на неустроенность быта, Сериккали оставался лучшим по успеваемости студентом факультета. Однажды, в спешке выбегая из квартиры дяди Мусы Днишева на улице Комсомольской, попал под трамвай. Ему отрезало выше колена правую ногу. Эта трагедия приковала его на три месяца к больничной койке.

Тяжелое испытание и на этот раз не сломило дух Сериккали. Выйдя из клиники, он успешно догнал своих однокурсников, сдав экзамены за пропущенный семестр на «4» и «5», и продолжил учебу на 3-м курсе.

Только с 1957 года Сериккали Темирболатов получил место в студенческом общежитии.

Со своей верной спутницей жизни Гулмайрой (Кулматиш) они вместе вырастили троих детей, создали условия для достойной старости родителям Сериккали, радушно встречали гостей. По-аульному бескорыстно принимали в своей квартире многочисленную родню с обеих сторон. Запомнилась атмосфера в алматинской квартире Серик ага и Гулмайры женге: молодежь, разметавшаяся по углам квартиры, а то и на полу по-казакбайски с учебниками и конспектами в руках.

Своего первенца Нурлана, Сериккали и Гулмайра, по давней традиции степняков, оставили на временное воспитание любящим Ескали ага и Жумаш апа, проживавших к тому времени в поселке Караоба.

Аулы Ордабай, Кошанкол, Караоба – соседствующие, находящиеся в пойменных степях Малого Узеня, объединенные одной грунтовой дорогой. История этих аулов, объединяющая представителей многочисленных казахских родов Бокеевской орды, уходящая в древность, очень богата и интересна.

В начале осени 1970 года мне довелось проехать по поселкам нашей малой родины Казталовского района с дядей Мусой Днишевым – редактором казахстанского журнала «Мәдениет және тұрмыс» («Культура и жизнь»).

В ту памятную поездку я впервые увидел в Караобе рядом с Ескали ага его внука Нурлана. Он гонялся за цыплятами около дома, ласково зазывая по-русски то одного, то другого: «Петушок, петушок, золотой гребешок», но те оказались проворнее малыша и весело разбегались. Эта теплая сцена встречи городского мальчика с живностью аула запомнилась мне с той поры.

Вслед за Нурланом дедушка Ескали и бабушка Жумаш перебрались из Казталовской степи в долину предгорья Алатау, в пригородный поселок под Алматы Кошмамбет коротать остаток жизни в заботах о детях и внуках.

К ним на лоно природы, словно в родительский санаторий, съезжались дети и внуки отдохнуть от столичной суеты, отведать яства традиционной национальной кухни с айраном со сливками, кумысом, коже и талканом (толокно из жареной пшеницы или проса), умело приготовленных любящими руками бабушки Жумаш.

Все трое детей Сериккали ага и Гулмайры женге окончили вузы.

Их первенец Нурлан в школьные годы был неоднократным призером республиканских математических олимпиад, завоевав тем самым путевку на механико-математический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова. После его успешного окончания был оставлен решением Совета ученых факультета на дальнейшую учебу в аспирантуре. Успешно защитив диссертацию кандидата физико-математических наук, ныне руководит казахстанским НИИЖТ, достойно продолжая путь Темирболатовых в науке.

Брат Сериккали с благодарностью вспоминал при встрече у себя дома за гостеприимным дастарханом своего первого наставника Х.И. Ибрашева, благодаря кому он стал одним из первых специалистов с университетским дипломом по вычислительной математике в Казахстане. Среди уважаемых им наставников в разные годы приходилось слышать имена академика АН КазССР В.М. Пентковского, академика РАН, лауреата Ленинской и Государственной премий СССР М.М. Лаврентьева.

Сериккали, продолжая научно-преподавательскую работу в стенах КазГУ имени аль-Фараби, как подобает почтенному аксакалу, занялся изучением и восстановлением нашей ветви родословной (шежире) рода Жаппас.

Для меня родословная нашей мамы остается неизвестной. Работа, начатая братом Сериккали, направлена на устранение белых пятен в нашей истории.

В последние десятилетия жизни он старался объездить родные с детства места, увидеться с близкими родственниками, пообщаться с друзьями детства. После его визита в поселке Кошанкол решили одну из улиц назвать его именем.

Он прилетал из Алматы в Уральск на 70-летний юбилей своего школьного друга Сухана Камалова, одного из первооткрывателей Карачаганакского и других месторождений. В этом празднестве участвовал один из многочисленных наших братишек и единственный из них народный артист СССР – Алибек Днишев.

В 2010 году по приглашению Сериккали из Новороссийска Краснодарского края приехал мой старший брат Алим, проведший несколько лет своего послеблокадного ленинградского детства рядом с Сериккали в Казталовке.

Выезжая к Сериккали из Уральска в начале октября 2010 года в Алматы, Алим пригласил меня ехать вместе с ним.

По случаю нашего приезда Сериккали ага собрал гостей у себя дома.

По существующей традиции, как хозяин дома, он пригласил гостей за дастархан обеденного стола и рассадил всех по старшинству.

Во главе стола сидел представленный гостям хозяином дома аксакал профессуры КазГУ Жаксылык Ниеталович Ниеталин, профессор телекоммуникации и связи, второй в Средней Азии, достигший этого звания ученый, 1933 года рождения, из Шалкарского района Актюбинской области.

Представляя нас с братом уважаемому аксакалу, Сериккали ага назвал нас сыновьями первого ученого-гелиотехника Казахстана, представителя плеяды первой казахской советской технической интеллигенции Кабака Днишева – так он называл нашего отца, выпускника Урдинской школы имени хана Жангира 1924 года выпуска.

Остальными гостями были родная сестра Сериккали Алия с мужем, его младший брат Габит с супругой, племянник Атауов Саин с супругой, землячкой старшего гостя из Шалкара, и дети хозяев дома.

Представленный гостям аксакал Жаксылык Ниеталин заговорил спокойным голосом. Он стал рассказывать об академике Асане Тайманове. Его именем сравнительно недавно была названа одна из больших улиц нашего города Уральска, отчего затронутая тема аксакалом стала вдвойне интересной.

Оказывается, А. Тайманов в годы ВОВ побывал военнопленным в концлагере. Какой-то немецкий офицер в сопровождении двух вооруженных солдат делал обход территории лагеря. Изможденные военнопленные вповалку лежали на земле. Вдруг офицер обратил внимание на лежащего военнопленного, под головой которого был матерчатый мешочек. Офицер знаком велел сопровождающим проверить содержимое мешка. На удивление офицера из него извлекли две брошюры. Первой оказался Коммунистический манифест К. Маркса, а второй – Математическая таблица Брадиса. Удивленный немец сказал: «За первое его можно расстрелять, а за второе он достоин уважения. Это же надо! Находясь в плену между жизнью и смертью, этот солдат держит у себя под головой такие брошюры». Этим военнопленным оказался Асан Тайманов.

…На следующий год после той встречи не стало Ж. Ниеталина, недавно ушел из жизни наш Сериккали ага. Они оба прожили достойную жизнь, оставив заметный след в развитии науки независимого Казахстана.

Пример жизни Сериккали ага показывает, что настоящие ученые – люди особого дарования и одержимости, они, словно поэты, способные видеть, чувствовать больше и дальше.

РК «Құрметтi машинажасаушы» Бекет Днишев,
пенсионер г. Уральск
Подготовила материал Наталья Смирнова
Фото из семейного архива Днишевых

Добавить комментарий

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top