Кто чем зомбирован

11 июня 2015
3
2129

Наши либералы, большей частью вскормленные грантами Сороса, попрекают казахстанское общество в «зомбировании российской пропагандой». При этом сами слово в слово повторяют то, что говорят российские либералы, которые имеют при «диктаторском режиме Путина» и свои газеты, и свои каналы, не говоря уж о сайтах и участии в различных передачах и программах. Но самое главное, что объединяет и российских, и казахстанских либералов – это передергивание, откровенная ложь, стремление развенчать, принизить, извратить все самое святое.

Прошел в России 12-миллионный «Бессмертный полк» – тут же провокация: нарезанные по два сантиметра георгиевские ленты у мусорного бака. Прошел в Уральске «Бессмертный полк» – тут же предложение устроить акцию «Бессмертный барак». Никто и не говорит, что нужно забыть о Гулаге и тысячах погибших в годы репрессий, но ведь делается это не из сочувствия к невинно пострадавшим, а в противовес «Бессмертному полку». Поплясать на костях, поспекулировать на трагедии – любимое занятие либералов.

Накануне Дня Победы два дня перекрывали площадь Абая: один день шла репетиция инсценировки на военную тему, а потом сама эта инсценировка. Два дня мы из окон редакции с удовольствием следили за «боем» между «нашими» и «фашистами». Актеры были одеты в гимнастерки времен Великой Отечественной войны и мышиного цвета кители. «Фашисты» въезжали на площадь, как и положено, на мотоциклетках. Была имитация стрельбы, «погибшие», простреленное красное знамя в руках командира, удирающие в сторону вокзала «фашисты», девушки, песни, даже паровоз, который привез с фронта победителей. Обидно только, что зрителей этого действа было мало: больше случайных прохожих. И почти никто не написал об этом зрелище. Но никто не жаловался на перекрытую для движения улицу.

Зато сколько внимания было уделено автопробегу, который с какого-то перепугу запретили наши доблестные стражи порядка! Мол, автопробег помешал бы движению транспорта. Красные флаги, под которыми воевали наши предки, были названы почему-то «российскими», портрет Сталина на некоторых машинах – угрозой демократии, фанерные танки – пропагандой милитаризма и угрозой суверенитету, георгиевские ленты – символом «сепаратистов Донбасса» и т.д., и т.п. (Автопробеги в честь 70-летия Победы над фашизмом прошли почти во всех городах не только России и Казахстана, но и Европы, и нигде их не запрещали). И пошло кликушество на сайтах, как под копирку – о колорадах, совках, «сепаратистах» Донбасса, тоске по диктатору и зловещие предсказания «аннексии» в Казахстане.

С какой-то стати, какая-то воспитательница детского сада запретила детям в День Победы надевать георгиевские ленточки. Дети, может, и не собирались их надевать, но воспитательница за свое рвение была замечена. А детишкам в головы заложено: георгиевские ленты – это плохо.

Когда в перестроечные годы за счет иностранных спонсоров пошли всевозможные конференции, семинары и прочее, мы, наивные «совки», хоть и удивлялись такому альтруизму и щедрости, но верили в чистоту помыслов их организаторов. Ну, конечно, они же такие добрые, у них же демократия, их волнуют и наша экология, и независимость прессы, и переселение жителей Березовки, и права сексуальных меньшинств, и больные СПИДом, и условия в тюрьмах и многое другое. Ну просто спать они спокойно не могут от того, что в Казахстане мало демократии!

Да они и цента не потратят просто так. Все это – большая политика «мягкой силы». О том, как утонченно и изощренно она выстраивается, рассказал в своей книге «ЦРУ и мир искусств: культурный фронт холодной войны» английский историк Фрэнсис Стонор. Он перелопатил кучу документов американских и британских архивных собраний «Конгресса за свободу культуры», созданного ЦРУ.

«Лучшая пропаганда – это ее отсутствие» – под таким лозунгом ЦРУ в обстановке строжайшей секретности вело работу в области культуры», – пишет английский историк. В книге, правда, рассказывается о «мягкой силе» в отношении Европы в 50-60-х годах прошлого века. Но результаты этой «культурной силы» мы можем наблюдать сегодня: бородатая женщина, победившая на Евровидении, узаконенные однополые браки, весь этот содом и гоморра, которому нормальный человек даже возразить не может из-за страха прослыть «не толерантным» и потерять работу. В эту программу были вложены громадные средства.

«На пике своей активности Конгресс за свободу культуры имел отделения в 35 странах, его персонал насчитывал десятки работников, он издавал более 20 престижных журналов, владел новостными и телевизионными службами, организовывал престижные международные конференции, выступления музыкантов и выставки художников, награждал их призами. Его задачей было отвлечь интеллигенцию западной Европы от затянувшегося увлечения марксизмом и коммунизмом и привести ее к воззрениям более подходящим для принятия «американского образа жизни». (Ф. Стонор).

С тех пор этот «американский образ жизни» навязывается всему миру.

Автор называет созданный ЦРУ консорциум «скрытым оружием Америки в холодной войне» и говорит о том, что в послевоенной Европе не было писателей, ученых, художников, поэтов и журналистов, которые бы не были связаны с этим тайным предприятием – знали они об этом или нет. И при этом они были уверены, что все это делается для блага их страны и народа.

«Никем не оспариваемая, так и не обнаруженная в течение более чем 20 лет американская разведка управляла изощренным, надежно обеспеченным культурным фронтом на Западе РАДИ Запада под предлогом свободы выражения. Определяя холодную войну как «битву за человеческие умы», она запаслась обширным арсеналом культурного оружия: журналами, книгами, конференциями, семинарами, выставками, концертами, премиями… Взгляд на ЦРУ как на прибежище либерализма является мощным стимулом к сотрудничеству с ним или хотя бы оправдывает миф, что сотрудничество мотивировано хорошими намерениями». (Ф. Стонор)

Американский историк-либерал Артур Шлезингер отмечал, что влияние ЦРУ было не только «зловещим и реакционным», но и «политически просвещенным и утонченным». «Мы просто помогали людям сказать то, что они сказали бы в любом случае. Если получатели средств из фондов ЦРУ не были осведомлены об этом факте, если их образ действий не изменился впоследствии, значит, их независимость как критически мыслящих индивидов не была затронута» – так беспроигрышно декларируются «благие» намерения.

А что? Съездил на халяву на какой-нибудь семинар: проезд, проживание, ресторан, кофе-брэйк, но убеждений-то своих ты не меняешь.

Однако Стонор, изучивший официальные документы, относящиеся к культурному фронту холодной войны, опровергает этот миф об альтруизме.

«Люди и организации, оплачиваемые ЦРУ, были готовы выполнять свою роль широкой кампании убеждения, кампании пропагандистской войны, в которой пропаганда определялась как «любое организованное усилие или движение, направленное на распространение информации или доктрины посредством новостей, специальных аргументов или призывов, предназначенных для влияния на мысли и действия любой данной группы».

Но какая же это «свобода выражения», если она оплачивается? Ведь приглашение к сотрудничеству может быть отвергнуто, если за это предлагать деньги открыто. Вот поэтому ЦРУ и создало разветвленную сеть фондов, служащих каналами для проведения средств. Истинный источник финансирования установить почти невозможно.

«Это позволяло ЦРУ финансировать неограниченное количество тайных программ в отношении молодежных групп, профсоюзов, университетов, издательских домов и других организаций. Популярной стала шутка: если какая-нибудь американская благотворительная или культурная организация внесла слова «независимая» или «частная» в свои документы, она, скорее всего, является прикрытием ЦРУ».

«Какой вид свободы может распространяться таким обманным путем? – спрашивает Стонор. – До какой степени приемлемо для другого государства тайно вмешиваться в процесс естественного интеллектуального роста, свободных дискуссий и несдерживаемого потока идей? Не было ли здесь риска создать вместо свободы разновидность недо-свободы, когда люди думают, что действуют свободно, в то время как на самом деле они ограничены силами, над которыми не имеют контроля? …Как только истории о попытках государственных переворотов и политических убийствах выливаются на первые страницы газет, ЦРУ приходит в состояние, напоминающее отбившегося от стада слона, ломящегося через джунгли мировой политики, круша все на своем пути, не ограниченного никакой ответственностью».

Однажды моя восьмилетняя внучка принесла из школы распечатанную на принтере сказку – рекомендовано для внеклассного чтения Министерством образования РК. Все, как положено в сказке: принц добивается принцессы, она капризничает и… тут начинается совсем другая сказка. Принц влюбляется в своего дружочка-любезного пастушочка, и – ну, ее эту дуру-принцессу, им хорошо вместе, они счастливы вдвоем. Не сразу до моих совковых мозгов дошло – это же пропаганда однополой любви! Детям! Думаю, что до тех, кто это рекомендовал, тоже не сразу «дошло». Не могли же они сделать это сознательно. А может, побоялись показаться не «толерантными»?

Ох, уж эта толерантность – любимое словечко последних десятилетий. Недавно показали фильм – европейские гей-парады, однополые свадьбы и прочую содомскую мерзость. И ведь в меньшинстве она, а вон как правит парады.

– У нас тоже начиналось с толерантности, – сказал один из героев фильма. – Сначала – не обращать внимания. Потом – принять за норму. А теперь нормальные люди боятся что-то против сказать – могут лишить работы и начнут преследовать. У вас, в бывшем СССР, еще только зерна этого закладывают…

С год назад «проросло» такое «зернышко» на нашем Арбате. Как написала тогда Тамара Шабаренина, «По площади Абая шла свадьба голубая…». Ну шла и шла – прохожие глазели на парня в свадебном платье, посмеивались – куражится молодежь. Европейцы тоже сначала посмеивались, а теперь им не до смеха.

А недавно 27 спортсменов вдруг озаботились правами ЛГБТ (кто еще не знает, эти буквы означают четыре вида извращений: лесбиянки, геи, бисексуалы, транссексуалы). Они выразили протест против того, что в Мажилис внесли проект закона, запрещающий пропаганду этого самого ЛГБТ – мол, это нарушение прав секс-меньшинств и вообще – закон, как в России. Я не знаю, платят им или нет, знают они, что им платят или не знают, я просто не верю, что у спортсменов нет других забот, как права – так и хочется назвать их своим именем, но буду толерантна – ЛГБТ.

…А в это время по телевизору показывают «российскую пропаганду» – сметенные с лица земли города и села Донбасса, убитых, раненых, изувеченных, детей с недетским страданием в глазах. Почему-то про их права ни толерантная Европа, ни казахстанские либерасты не вспоминают. Все силы брошены на то, чтобы раздуть вражду к России, ненависть к русским. Не получится. Потому что нас – не проплаченных и не зомбированных заокеанскими деньгами – намного больше, чем тех, кто называет себя «независимыми», а сам брызжет слюной в лакейском рвении показать свою преданность хозяевам.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top