Прифронтовая зона

26 ноября 2015
0
1500

(Окончание. Начало в №45-47)

Братская могила на границе Казахстана и России22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война. Добровольцами попали на фронт из Урдинского района  4 613 человек, не вернулись – 3 028. Из них – 2 963 рядовых и младших командиров, 653 офицера.

Несколько раз в документах части упоминается младший лейтенант Л.И. Ершов. Однажды в районе станции Сайхин молодой летчик встретился с «Юнкерсом-88» и без колебаний атаковал его, но противник увел свою машину из-под огня. Сбить «Юнкерс» не удалось и при повторной атаке. Ершов не сразу заметил, что вражеский верхний стрелок успел вогнать целую пулеметную очередь в носовую часть и фюзеляж «ястребка». Пришлось сделать вынужденную посадку. Вражеский самолет, видимо, тоже был подбит и с пикированием ушел на запад. К концу 1942 г. на счету молодого коммуниста значилось пять самолетов противника, сбитых им лично и три в групповых боях.

По рассказам старожилов станции Джаныбек и колхоза «Алгабас», в небе над ними 11 сентября произошел воздушный бой. Советский летчик, видимо, не имел патронов, пошел на таран. Фашистский самолет развалился, а его экипаж был на земле захвачен в плен. Наш летчик остался жив, опустившись на парашюте. Героем, таранившим фашистский «Юнкерс» в уральском небе, был сержант Дмитрий Васильевич Гудков. Разыскали и его самого, в ту пору уже полковника в отставке. Вот что он рассказал.

В тот раз на перехват немецкого самолета он вылетел в паре с сержантом Шлыковым. Когда расстояние до фашиста стало возрастать, забеспокоился, как бы не упустить его. Открыл огонь с дальней дистанции и жал на гашетки, пока не израсходовал все снаряды и патроны. «Пушка и два пулемета замолкли, – писал Д.В. Гудков. – И тут я заметил, что медленно, но все же верно приближаюсь к фашистскому стервятнику. Подходить к нему на близкое расстояние, тем более на равных скоростях, было нецелесообразно: воздушные стрелки, верхний и нижний, имели полный боекомплект, сбили бы меня в одно мгновение. Решил обмануть врага и имитировал уход вниз резким пикированием. Экипаж «Ю-88» меня явно потерял – начал рыскать по курсу. В это время, увеличив скорость, я пристроился под его крыло. Какое-то мгновение выбирал вариант удара. Решил бить носом своего «Яка». Не раздумывая больше ни секунды, резко беру ручку управления на себя, выскакиваю из-под правой плоскости вражеского самолета и левым разворотом врезаюсь в него. Успел заметить последние показания приборов: высота – 5 000, скорость – 500… и тут же потерял сознание».

Спасло летчика то, что фонарь кабины не был закрыт. После столкновения его выбросило из кабины. При падении пришел в себя и, найдя кольцо парашюта, рванул его. Сразу же после приземления пилота подобрали наблюдатели поста ВНОС и доставили в госпиталь. После лечения Д.В.Гудков вернулся в строй и до конца войны совершил 340 боевых вылетов, участвовал в 50 воздушных боях, сбил еще 19 самолетов. За подвиг над колхозом «Алгабас» он награжден орденом Красного Знамени, а войну закончил Героем Советского Союза.

18 сентября в районе станции Джаныбек старшина С.Танов также пошел на таран бомбардировщика. С отбитой консолью крыла «Юнкерс» попытался уйти на свою базу, но долетел до озера Эльтон, развалился в воздухе и рухнул на землю. Погиб и старшина Танов: парашют зацепился стропами за беспорядочно падающий самолет.

На прикрытии железной дороги Урбах-Астрахань летчики 10-й истребительной авиадивизии провели 94 групповых и одиночных воздушных боя, в ходе некоторых уничтожили 12 самолетов врага. Но несла потери и авиадивизия. 24 октября в районе станции Шунгай погиб заместитель командира эскадрильи 572-го полка лейтенант Яков Михайлович Михайлов. Его останки погребены на месте падения машины, в 8-ми км восточнее хутора Шиянов.

22.10.1942 г., выполняя задачу по охране железной дороги на участке Сайхин-Шунгай, сержант Сударкин из 945-го штурмового авиаполка  (206-я штурмовая авиадивизия (ШАД), 8-я ВА) в одиночку вел бой с пятеркой He-111, пытавшихся атаковать воинский эшелон с танковой частью на станции Шунгай. В ходе ожесточенного боя Сударкину удалось один «Хейнкель» сбить (бомбардировщик упал в районе станции), а остальных заставить беспорядочно покинуть поле боя. Эффект мог бы быть еще большим, если бы молодой пилот в горячке боя не забыл снять электросбрасыватель ЭСБР-3п с предохранителя. В результате сержант не смог воспользоваться реактивными снарядами. При осмотре Ил-2 Сударкина было обнаружено 33 пробоины. Приказом командира 206-й ШАД полковника В.А. Срывкина сержант Сударкин был повышен в воинском звании и награжден денежной премией в сумме 2000 рублей.

В октябре на прикрытие железной дороги был выделен еще один авиаполк из ВВС Сталинградского фронта – 15-й истребительный, которым командовал Герой Советского Союза капитан Павел Тимофеевич Тарасов. Три групповых и шесть одиночных боев было проведено и сбит один вражеский самолет при защите участков Эльтон-Сайхин и Верхний Баскунчак-Шунгай, когда полк базировался в районе станции Сайхин.

Братская могила 196-й Краснознамённой Гатчинской стрелковой дивизии, п. Сайхин, 1942 г.

Насыщение противовоздушной обороны оперативного тылового района Сталинградского фронта новыми силами и средствами, повышение боевого мастерства и активности личного состава всех частей и подразделений, заставили вражескую авиацию отказаться от групповых дневных налетов. От бомбометания с пикирования и малых высот она перешла к бомбардировке с больших высот и, как правило, только в ночное время. С первых чисел ноября в журналах боевых действий частей ПВО все чаще фиксировалось появление лишь самолетов-разведчиков, которые при подъеме советских истребителей сразу же уходили восвояси. А за декабрь в журнале боевых действий 102-й истребительной авиадивизии отмечены всего одна попытка бомбардировки станции Сайхин (9 декабря «Юнкерс-88» сбросил на подходах к ней две бомбы, которые никакого ущерба не принесли) и один воздушный бой (18 декабря над перегоном Джаныбек – Шунгай), в итоге которого «сбитых самолетов противника и своих потерь не было».

Общее представление о масштабах бомбежек фашистской авиации дают следующие цифры. За один месяц с 12 октября по 12 ноября 1942 года в районе стаций Сайхин, Шунгай, Джаныбек был зарегистрирован 761 самолето-пролет (в том числе 41 ночной), в среднем 25 самолето-пролетов в день.

За октябрь-ноябрь 1942 года немецко-фашистская авиация совершила только на станции Сайхин и Шунгай 22 групповых и 12 одиночных налетов, в которых участвовало 138 вражеских самолетов.

Всего же на железную дорогу от станции Гмелинская до Астрахани (на этой дороге находились станции Сайхин, Шунгай, Джаныбек) фашистская авиация совершила 398 налетов, сбросив 8650 бомб.

Общая сумма ущерба, нанесенного предприятиям, учреждениям и населению Урдинского района составила 4 927 742 рублей.

В январе 1943 г., когда наземные войска добивали окруженную группировку противника, налеты вражеской авиации на железную дорогу Урбах – Астрахань и прилегающие районы Казахской ССР прекратились. С 26 февраля 1943 г. распоряжением Главного Управления МПВО СССР в Уральске, а несколько позже в Джаныбекском и Урдинском районах режим светомаскировки был отменен.

Итак, деятельность войск ПВО, местных партийных комитетов и советских органов западных районов Казахстана, формирований МПВО и всего населения позволила быстро восстановить разрушения от бомбардировочных ударов противника по коммуникациям. Усилиями истребительных авиачастей, зенитчиков и других воинов ПВО налеты вражеской авиации были сведены к минимуму, а потом и вовсе прекращены. За вторую половину 1942 г. в район Сталинграда железнодорожники подвезли 3269 эшелонов с войсками и 1052 – с боеприпасами, горючим, продовольствием и другими, грузами. Благодаря этому фронт фактически не испытывал перебоев ни в снабжении, ни в получении подкреплений, ни в ремонте поврежденной техники, ни в своевременном лечении раненых.

Великая Отечественная война была самой тяжелой из всех войн, какие знала история. Условия, в которых Советский Союз разгромил агрессивные силы фашизма, были необычно сложны и многогранны, а уроки войны столь поучительны, что не потеряли своей значимости в наши дни.

Документы и факты убедительно доказывают, что планы оккупации на Востоке отличались от Запада. Предусматривались людоедские способы постепенного вырождения русской нации, а «мусульмане, – еще раз справедливо напоминает академик М.К. Козыбаев, – должны стать рабами арийской расы. И действительно планировалось ускоренное уничтожение целых народов, считая их «недочеловеками», уничтожение «азиатов», сразу же после захвата и Розенберг, в своем письме от 28 февраля 1942 года уже сообщал Гитлеру, «…во многих лагерях расстреливали всех «азиатов».

Бесспорен вклад в Победу Республики Казахстан и его Западного бастиона, в особенности, когда гитлеровцы создали реальную угрозу вторжения на его степные просторы и планировали захват Уральска на 1 сентября 1942 года.

И только самоотверженная работа многонациональной семьи трудящихся ЗКО в предвоенные годы и в тяжелое военное время создали условия для народного хозяйства области, способного выдержать все испытания Великой Отечественной войны.

Территориальная близость к берегам Волги, где происходили ожесточенные бои, включение области в зону фронта, а широкой полосы вдоль железнодорожной линии Джаныбек – Сайхин – Шунгай в театр его военных действий, предопределили целый ряд его специфических особенностей, по сравнению со всеми областями нашей республики.

Автор: Айбулат Курумбаев,
магистр истории, п. Сайхин, ЗКО

Добавить комментарий

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top