Завтра была война

2 октября 2014
0
1424

(Продолжение. Начало в № 39)

Из маленьких кусочков правды шьётся огромное одеяло лжи. На каких «кусочках» правды строят свои тезисы те, кому очень хочется извратить и принизить нашу Победу, объясняет историк Владимир Мединский.

«Сталин и Гитлер – два друга-диктатора»

Заключил Сталин с Гитлером договор «о дружбе»? Заключил. Значит, двух тиранов связывала трогательная дружба и между ними – знак равенства. «Воевали два диктатора», – сказал мне мой собеседник, и такой вывод делают те, кому сегодня выгодно принизить величие нашей Победы. И подозрительный к своим, Сталин поверил «другу Адольфу», а поэтому к войне мы были не готовы и заплатили миллионами жизней и сдачей десятков городов.

Более того, Сталин шел на всяческие уступки Гитлеру: якобы был договор между НКВД и гестапо, по которому немцам выдавали евреев, перед войной разоружили линии обороны на границе и даже провели совместный с фашистами военный парад в Бресте.

«Может быть, если бы Сталин был с детства деревенским дурачком, целыми днями скакавшим верхом на горном козле по холмам Грузии, а потом каким-то чудом возглавившим крупнейшую державу мира, то так бы оно и было. Была бы дружба сначала с Троцким, потом с Бухариным, потом с Тельманом, а потом – и с Гитлером. А на старости лет – с Черчиллем и Рузвельтом. Целовался бы с ними взасос, как и Ельцин с другом Биллом, другом Хельмутом и другом Рю», – пишет историк Владимир Мединский.

Это миф не выдерживает никакой критики с точки зрения психологии вождя СССР. «Не было у этого усатого хищника… никакого прекраснодушия. Вся его политическая карьера – это борьба не на жизнь, а на смерть с врагами и, самое страшное – с друзьями».

Но психология психологией, а вот автор книги «Генераллисимус» В. Карпов ссылается на «подлинный документ, подтверждающий, что еще в 1938 году было заключено соглашение о сотрудничестве между НКВД и гестапо».

Мединский назвал этот «подлинный документ» редкой фальшивкой, «сработанной так примитивно, что напоминает любительскую фотожабу». Гестапо там названо Главным управлением безопасности национал-социалистической партии, в то время как эта структура с самого начала была государственной, а не партийной. С «нашей» стороны документ подписан завсельхозотделом ЦК компартии Грузии, который только через два года станет руководителем секретариата НКВД. Ну, и множество других ляпов, что, однако, не помешало цитировать его латышским создателем документального блокбастера «Советская история».


«Советская история» – пропагандистский фильм, снятый латышскими кинематографистами на деньги консервативных партий в Европарламенте. В центре сюжета – Катынь, «голодомор», массовые депортации после войны. Также любовно рассмотрены темы сотрудничества НКВД и СС, медицинские эксперименты над узниками ГУЛАГа… Фильм демонстрировался в странах Прибалтики и Грузии».


«Выдавали фашистам евреев»

«Чтобы угодить нацистскому диктатору в 1940 году, Сталин выдал гестапо немецких коммунистов и евреев, бежавших в Советский Союз. Он знал, что обрекает их на смерть». (Э. Бояджи. История шпионажа, 2003 г.)

Откуда появился этот миф, лучше всего объясняет сам немецкий фельд-маршал Кейтель.

«Выселение евреев (с оккупированных территорий. – Ред.) на русскую территорию происходило не так гладко, как хотелось бы. На деле практика была, например, такая: в тихом лесу тысяча евреев перебиралась через русскую границу, через некоторое время они вновь возвращались с русским офицером, который пытался заставить немецкого офицера принять их обратно».

То есть немцы сами выселяли евреев: они еще чувствовали себя «цивилизованной Европой», еще не построили газовых камер и концлагерей, но не хотели брать на себя обузу содержания «недочеловеков», выдавливая их с оккупированной территории.

– Я уверен, – пишет Мединский, – русский офицер (возвращавший евреев обратно в Польшу. – Ред.) не придавал ни малейшего значения национальности перебежчиков. Для него все они были поляки, и все – нарушители границы.

Между тем, перед нашей войной СССР принял с оккупированных фашистами территорий 250 тысяч беженцев-евреев – в два с половиной раза больше, чем Англия и США вместе взятые.

«Гитлер и Сталин провели в Бресте совместный парад»

Об этом параде поведал мне мой оппонент (если так можно назвать человека, не дающего вставить ни слова в разговор), взахлеб пересказывающий тезисы предателя Суворова-Резуна. Источник, якобы достоверный: фильм немецкой кинохроники. Но историки уже давно разоблачили, что этот фильм – искусный киномонтаж. Одного не учли – войска маршируют по разным улицам, а тени от проходящей «одновременно» по Бресту техники падают в разные стороны.

«Механизированные части Гудериана заняли Брест (в 1939 году Брест-Литовский) первыми, пять дней над Брестом развевался флаг со свастикой. Потом он был спущен, и в город вошли советские войска. Те и другие маршировали… В разное время. По разным улицам. Одни выходили из города. Другие входили. Все». (В. Мединский).

Не было никакого совместного парада.

«Оккупировали Прибалтику»

Сегодня Россия оккупировала Крым, так же, как перед войной большой и агрессивный Советский Союз оккупировал маленькие независимые прибалтийские республики. Примерно так обосновывается сегодня тезис «Россия – вечный агрессор» и оправдывается русофобская политика этих (и других) стран.

Осенью 1939 года все три прибалтийские республики заключили с СССР договоры о взаимопомощи. Сразу же там были размещены военные базы. Войска в страны Прибалтики Советский Союз действительно вводил. И пакт Молотова-Риббентропа «перекраивал» карту Европы – это тоже факт. Все это было. И давление со стороны Советов было. Вот только противоречило ли это национальным интересам этих стран и воле их жителей? Это сегодня все они – «демократы» и «носители европейских ценностей». А тогда в странах Прибалтики коммунистов было не меньше, чем в других странах. На выборах в Эстонии в 1940 году за кандидатов «Союза трудового народа» проголосовало 98,2% избирателей. Так что смены власти хотели многие.

Литва и вовсе «оккупацию» СССР приняла с благодарностью: с коммунистической прямотой СССР разом решил «вильнюсский вопрос». Вильнюс был захвачен Польшей еще в 1923 году. Литва польской аннексии не признавала. А с сентября 1939 года Вильнюс и весь Виленский край были возвращены Литве. Так что литовские националисты сегодня в двояком положении.

«Как-то в студии «Эхо Москвы» на передаче, посвященной 70-летию протоколов Молотова-Риббентропа, один литовский депутат все терзал меня по телефону насчет исторической вины России перед Литвой. Я спросил: «Значит, сталинский договор надо признать незаконным и преступным?» – «О, да, йа, йа!» – «По всем его пунктам?» – «О, йес, конечно!» – «Ну, тогда давайте вернем древний польский град Вильно под юрисдикцию Варшавы…» Тут, как говорится, на самом интересном месте у моего оппонента села батарейка». (В. Мединский).

Сегодня в Прибалтике между «советской оккупацией» и фашистской ставят знак равенства. Да что там сегодня. Впервые в своей жизни именно в Прибалтике я столкнулась с проявлением ненависти к русским, как к оккупантам, и было это еще задолго до Резуна-Суворова, в конце 70-х годов, когда о национализме мы знали только из учебников и свято верили в такую великую общность как советский народ.

Нам, студентам журфака МГУ, на защиту диплома давалась масса времени. Мы решили съездить в Таллин, о котором много слышали от студентки, с которой жили в одной комнате. От Москвы – ночь в поезде, билеты – копейки, особенно если ехать в общем вагоне. Выходим на привокзальной площади. Подхожу я к благообразному старичку и вежливо интересуюсь, как пройти на такую-то улицу. Он спрашивает с сильным, очень похожим на немецкий, акцентом: «Из Москвы?». – «Да», – гордо заулыбалась я. – «Вон – вокзал», – показывает он. – «Да нет, – не понимаю я. – Мы только приехали, нам нужен вот этот адрес». Он снова очень бесстрастно повторяет: «Вокзал – там». И я опять не понимаю! А он на той же бесстрастной ноте неожиданно спрашивает: «Отец воевал?» – «Да». – «Убивал?» – от благообразного старичка не осталось и следа, из выцветших голубых глаз полыхнуло такой ненавистью, что мне стало страшно. Подруги увели меня, упрекая в тупости. А он кричал нам вслед: «Русские: чемодан – вокзал – Россия!». Этот эпизод нам изрядно испортил впечатление от красивого «европейского» города, и мы старались больше никого ни о чем не спрашивать. Зато через несколько дней мы поехали в Ленинград (всего-то еще одна ночь пути), но это, как говорит актер Каневский в своей передаче, уже совсем другая история.

Так была или нет оккупация?

«В определенной степени, наверное, да, – пишет Мединский. – Но в чем я гораздо более уверен, так это в том, что мы спасли Прибалтику в 1939-м от гораздо более страшной оккупации: немецкой».

Историк приводит цифры. «Потери Эстонии от советских репрессий с 1939 по 1991 год составили порядка 5-7 тысяч человек. Нацисты стояли в Эстонии с 1941 по 1944 год. За это время погибли около 80 тысяч жителей, не менее 70 тысяч бежали из страны. За неполные 4 года нацистской оккупации было разрушено около половины промышленных предприятий, уничтожена большая часть поголовья скота, практически ликвидировано сельское хозяйство. А в СССР Эстония процветала. Кто постарше, помнит эту сытую, по тем меркам вполне обеспеченную страну.

В Литве советская власть за десятки лет репрессировала 32 тысячи человек. В годы короткой нацистской оккупации погибли 270 тысяч.

В Латвии НКВД репрессировало 20-30 тысяч человек. При нацистах погибло не менее 150 тысяч из трехмиллионного народа».

Никто не оправдывает сталинские репрессии – не только десятки тысяч, но и единственная человеческая жизнь бесценна. Но сколько жизней было спасено в той же Прибалтике, в которую, благодаря «советской оккупации» на два года позже пришли фашисты! И куда бы дошли немцы, если бы война началась на два года раньше? Даже Черчилль по поводу пакта Молотова-Риббентропа сказал:

«В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу жизненно необходимо было отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германской армии, с тем, чтобы русские могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи…

Им нужно было оккупировать прибалтийские государства и большую часть Польши, прежде чем на них нападут».

Если бы немцы вошли в Эстонию, то до Ленинграда им оставалось бы пройти всего 120 километров.

«Отхряпали Крым, как когда-то Молдавию»

Государство Молдавия появилось в 1939 году: Сталин под шумок общеевропейской перекройки границ потребовал назад кусок российской Бессарабии (помните, у Пушкина – «цыгане шумною толпою по Бессарабии кочуют»), которую в бардаке гражданской войны заняли румыны. А потом отдал еще новой Молдавской ССР часть Украины – то самое Приднестровье.

Молдаване не шли в национальные части СС, как многие прибалты и «западенцы». Они все воевали в советской армии с фашистами. И воевали храбро.

(Продолжение следует)

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top