Я ватник, и меня не изменить

15 июня 2017
0
194

Меня недавно снова назвали совком и ватой (это женский род от слова «ватник», кто не знает). Они думали, что меня оскорбили, а я испытала чувство гордости. Потому что нынче этим словом называют тех, кто против фашизма, кто гордится Победой, кто не хает свое прошлое и свою родину. Ватник, совок, колорад – это те, кто знает, что «есть на свете, окромя жратвы, порядочность, достоинство и совесть». Так, кажется, поет в своей песне Александр Маршал. Ватники строили, созидали, побеждали, запускали в космос корабли, создавали великие произведения искусства, музыку, живопись, просто работали и растили детей. И создали великую страну, где все народы жили в мире и дружбе и победили самое страшное зло – фашизм.

Первый раз (не поверите) я услышала это слово – «совок» – почти тридцать лет назад в Болгарии. Тогда председатель нашего областного отделения Союза журналистов СССР Бахтыбай Далабаевич Далабаев сделал неожиданный подарок трем, как сейчас бы сказали «нерукопожатным», сотрудникам СМИ – редактору дарьинской районной газеты Геннадию Андрющенко, редактору радио Люции Ералиной и мне, корреспонденту областной газеты «Приуралье». Нам дали бесплатные (а других тогда и не было) путевки в Международный дом отдыха журналистов в Варне. А неожиданным это стало потому, что мы никогда не были в фаворе у власти, не пели дифирамбов партийным секретарям и никогда (во всяком случае я) не получали бесплатных путевок. В районной газете писали о сельских буднях, Люция вела проникновенные передачи о простых людях, я искала «острые» темы, не всегда лицеприятные для власти. Может быть, это и повлияло, ведь до развала Союза оставалось два года.

Международным дом журналистов в Болгарии был, конечно, для стран социалистического лагеря. Там были, естественно, болгары, поляки, немцы, чехи, мы – из СССР. Больше поляков и немцев. Мы, конечно, были счастливы безмерно – впервые за границей, на море, и неважно, что вода была уже холодная, мы все равно купались. А наша Люция – так еще и по утрам, когда было довольно прохладно. Кормили нас в ресторане, поили сухим болгарским вином, прямо из окна можно было сорвать гранат с дерева, мы разговаривали с нашими коллегами из Польши и Болгарии (тогда многие из стран социализма знали русский язык, а болгарский был понятен почти без перевода).

И вот однажды поляки устроили в ресторане что-то вроде капустника и как-то гнусно изобразили наш герб – вместо скрещенных серпа и молота были какие-то другие предметы. Мы сочли это оскорблением. И (в группе были журналисты из многих городов Казахстана) возмутились. Мы сказали надменным полякам, что не позволим насмехаться над нашими государственными символами, что это – международный скандал. И, знаете, они, похоже, испугались. Ведь Советский Союз тогда еще был в силе. Стали оправдываться, что это вовсе не наш герб, что у них не было намерения нас обидеть, что мы не понимаем шуток и прочее. Но после этого стали смотреть на нас еще надменнее, перестали здороваться, а вслед шипели: «Совки». Сначала я даже не поняла: причем здесь лоток для сбора мусора? Мне объяснили: «Совок – значит советский». Тогда мне это показалось оскорбительным и унизительным.

Но после того как совками и колорадами стали называть тех, кто сегодня на Донбассе борется за свое право жить без таких «героев», как Бандера и Шукевич, когда заживо сожженных в Одессе людей кое-кто называет «жареными колорадами», я считаю за честь быть и совком, и колорадом, и ватником, и валенком, и кирзовым сапогом, и отстоем, и кем бы там нас еще не назвали. А есть еще одно словечко: недавно одна знакомая сказала о тех, кто в новой жизни не преуспел – «нищеброды». У нее сын стал богатым бизнесменом, и теперь для нее все, кто не так богат – презренные нищеброды. А я, совок, не понимаю, почему одни – «господа», а другие – «нищеброды». Совки, они, конечно, жить и крутиться не умеют, но и нищебродами никогда не были.

В советское время все люди были равны, и недра принадлежали народу. Не было проституции, наркотиков, рабства, платной медицины, платного образования, безработицы. Не говорили постоянно о воспитании и дети росли, как будто сами по себе, но вырастали воспитанными и начитанными людьми. Потому что воспитывало само общество, среда. А теперь дети смотрят всякие пошлости по телеку и в интернете, и думают, что главное в жизни – деньги. Раньше в телевизоре было два канала, и было что посмотреть. Сейчас двести, а смотреть нечего. Сватают, женят, разводят, семейным бельем перед всем миром трясут, отцовство в прямом эфире устанавливают, какие-то свои тайны ниже пояса выдают, виллами и золотыми унитазами похваляются. Никогда я этого не пойму.

Я – ватник, и меня не изменить.
Я ни наград, ни званий не имею.
Но я умею Родину любить,
А предавать и хаять не умею.
И даже в самом сумрачном бреду
В одном ряду с фашистом не пойду.

Это стихи поэта Андрея Лукина. Нас много – совков.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top