Танковая армада Марата Багаутдинова

16 июля 2020
0
1927

Он единственный в Уральске человек, имеющий в своем подчинении личную бронетанковую армию. На ее создание ушли десятки тысяч деталей, годы кропотливого труда, много терпения, денег, фантазии и вдохновения. Зато теперь в коллекции школьного учителя математики Марата Рафаильевича Багаутдинова 430 моделей военной техники – советской, немецкой, английской, американской (это не считая «живой силы» – фигурок солдат), и он наглядно может доказать, что наша военная промышленность еще до начала Великой Отечественной войны была на высоте. И опровергнуть мнение о превосходстве в этом плане армии Вермахта. И это не единственное открытие, которое он сделал, благодаря своему увлечению конструированием.

– В плане вооружения немцы тоже проиграли, – говорит Марат Рафаильевич. – У нас было лучшее в мире оружие. В середине войны они это поняли и начали перестраивать свою военную промышленность. Наши не перестраивались, а развивали и совершенствовали то, что имели. Вот первый советский танк времен Гражданской войны. А наш Т-34 создан до Великой Отечественной войны и до сих пор считается лучшим в мире. На его основе советские конструкторы создавали другую, более совершенную бронированную технику.

Место «дислокации» «армии» Багаутдинова – музей Тукая, директором которого Марат Рафаильевич является. Посетители выставки, увидев всю эту мощную армаду, часто задают ему вопрос: почему же, имея такую технику, мы отступали в первые месяцы войны?

– А потому, – объясняет он и нам, – что еще не успели произвести полное перевооружение, переоснащение армии, перебросить дивизии к границам. Но если в 1938 году в СССР было четыре механизированных корпуса, то к 1941-му уже 28. Фронт растянулся по всем нашим границам на сотни километров, границу СССР перешли двести немецких дивизий против сорока наших. Потому что немцы уже завоевали всю Европу и у них был большой опыт военных действий.

Он показывает нам военную технику времен Гражданской войны, довоенные разработки советских конструкторов бронетанковой техники и вооружения, перечисляет названия, какое количество было выпущено, какими характеристиками обладают.

Многие стенды не просто демонстрируют модели военной техники, а показывают какие-то эпизоды тех лет. Вот мчится конармейская тачанка, к пулемету приник солдат, двое других отстреливаются из винтовок.

– Гужевой транспорт мобильный, всегда готов к бою. В чистом поле поставил – и стреляй. Солдаты их называли «гроза врагов и смерть расчета». Потому что никакого укрытия. Хорошо, если есть окоп.

Самыми уважаемыми и ценными экспертами для Марата, конечно, являются фронтовики. Они видели, как техника работает в бою. И он всегда прислушивается к их замечаниям. Когда он начинал создавать свою «армию», живы были еще участники Гражданской войны.

– Один старичок, увидев эту экспозицию, показал на фигурку солдата, управляющего лошадьми, и сказал: «Мы так высоко не сидели, мы рядом с лошадьми шли», – рассказывает автор экспозиции.

У каждой модели – табличка с краткими данными. На одной подпись – телетанк. Что это?

– Танк, управляемый телемехаником на расстоянии. На него кладут взрывчатку, он идет в заданном направлении, сбрасывает ее и возвращается, – объясняет Марат Рафаильевич.

И это в 1942 году!

Первый танк Марат Багаутдинов сделал, когда учился в школе. Говорит, что танками «заболел» после того, как посмотрел фильм «Четыре танкиста и собака». Стал читать журналы «Юный техник», «Техника – молодежи». Самолеты, корабли тоже делал, но любимыми «игрушками» стали танки. Впрочем, какие это игрушки, если они до мельчайших деталей – точные копии настоящих.

– Сегодня литературы много, – говорит Марат Рафаильевич, показывая красочные фолианты, посвященные отдельным моделям танков. – Книги, журналы, чертежи. Покупаю, выписываю, чего нет в продаже, качаю из интернета. Вот отдельно по танкам Т-34, германская техника.

Немецкие модели танков в его коллекции стоят на нижних полках, под нашими.

– Вот он – немецкий зверинец: «Тигр», «Пантера», «Леопард», «Левиафан», «Фердинанд», – показывает Марат окрашенную в камуфляж вражескую технику. – «Фердинанд» – это бронированная самоходка с артиллерийской установкой. Их всего 89 штук немцы успели сделать. Однажды мне один фронтовик сказал: «Мы их полторы сотни в Кенигсберге уничтожили». Я не стал его разубеждать, что этих самоходок в Кенигсберге не могло быть, просто наши солдаты «Мардеры» принимали за «Фердинандов», они очень похожи. Вот самоходка, и вот самоходка – только «Фердинанды» больше. Из 89 наши половину уничтожили – гранатами, на минах они подрывались.

На дилетантский взгляд, все эти «тигры» и «пантеры» даже при ближайшем рассмотрении почти не различимы. А советские солдаты видели их издали – из окопов, из танков, в дыму и пылу боя. И для них неважно было, как они назывались, главное – уничтожить.

Самые любимые модели Марата Багаутдинова, судя по их количеству и разнообразию – тридцатьчетверки, «Катюши», а из машин – полуторка.

– Благодаря им, мы войну выиграли. «Катюши» на чем только не перевозили, вот был даже такой вариант – сани. Запрягали лошадей и перевозили. В первое время на полуторке, потом на американском «студебеккере».

Полуторка везде выручала, – показывает он исторические сани и макет легендарной машины. – Первое время на ней и «Катюши» устанавливали, и по «Дороге жизни» в Ленинград продукты возили. Техники не хватало, ленинградцы вот такого бронтозавра сделали: брали полуторку, делали броню и ставили пулемет.

Увлечение конструированием стало причиной его интереса к истории Великой Отечественной войны. Впрочем, что тут первично, еще вопрос. Говорит, что это взаимосвязано: чтобы не ошибиться в деталях при изготовлении модели, стал много читать исторической литературы, документов. И это давало толчок к новым свершениям. Иногда источником вдохновения становится случайно увиденное старое фото. И рождается лирическая экспозиция: среди городских развалин стоит боевая машина и … пианино, на котором играет какой-то солдат или лейтенант, а рядом присели и слушают бойцы.

– Эта сцена снята в Берлине в 1945 году, – говорит Марат Рафаильевич. – Увидел фотографию и сделал этот эпизод в макетах.

Единственно, в чем Марат погрешил против исторической правды фотографии – вместо танка С-2 поставил рядом с пианистом «броневичок». Он меньше места занимает.

На стенде танк Т-28, готовый вот–вот смять колонну немецких мотоциклистов.

– Здесь я изобразил подвиг танкиста Дмитрия Малько, – рассказывает Марат. – В 1941 году у танка заглох мотор, командир приказал взорвать его, чтобы не достался немцам, но механик-водитель Малько машину не бросил. Пока он возился с мотором, колонна ушла вперед, он остался один. И довел танк через все немецкие позиции до оккупированного Минска. По дороге давил немецких мотоциклистов, уничтожал технику, в Минске вступил в бой и прорвался к нашим.

– А здесь эпизод из «Места встречи изменить нельзя»: погоня Жеглова за «студебеккером» Фокса, – продолжает наш экскурсовод. О каждой модели он может рассказать какую-то историю.

У мальчишек при посещении этой выставки разбегаются глаза, и многие загораются желанием тоже заняться моделированием. В школе № 6, где Марат Рафаильевич Багаутдинов преподает математику, он ведет кружок моделирования. И рассказывает ребятам о советском оружии Победы, о мужестве и отваге людей, без которых техника всего лишь бронированный кусок стали.

Фото: Ярослав Кулик

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top