Столовая в подсолнухе

2 июля 2020
0
411

Августовским утром кто-то из сотрудников Уральской сельхозопытной станции на делянках с кукурузой обнаружил одну странность, которая его не на шутку встревожила и огорчила. Сначала он ничего не заметил, когда подходил к стоявшей густой зеленой стеной кукурузе, но внимательнее приглядевшись… Початки были на месте, но… без зерен. Приближалось время сбора урожая, однако кто-то уже опередил ученых-практиков. Стали думать-гадать кто бы это мог сделать? Люди? Но разве стали бы они на месте объедать золотистые початки, рискуя тем, что их в любую минуту мог застать на месте преступления кто-нибудь из тех, кто осуществлял охрану полей. Двуногий воришка, без сомнения, поступил бы по-другому: побыстрее наломал початков, набил ими сумку или мешок и был таков. Здесь же – посевы целехонькие, без явных повреждений, словно «изъятие» семян происходило так, чтобы это как можно меньше бросалось в глаза.

Может быть, здесь, за городом, наследили «братья наши меньшие»? Стали перебирать в памяти разные случаи. Иногда во владения сельхоз-опытной станции вторгаются лоси. Правда, в последние годы увидеть лесного великана в наших местах – это большая редкость. К тому же любое появление такого животного в посадках оставляет массу следов, которые просто никак нельзя не заметить – растения на значительной площади помяты, выбиты копытами… Даже если лось, а уж тем более если их было несколько, не устраивал на аккуратных опытных участках лежбищ, не кормился тут, а просто проследовал через них, то оставлял после себя такую «дорожку»…

Вспомнили про зайцев. Они довольно часто попадаются на глаза специалистов станции. Эти тоже не прочь полакомиться кукурузой, притом чаще всего в такое время, когда она достигает молочно-восковой спелости, нежно-мягкая и особенно вкусная. Даже иногда не подгрызая ствол, косой каким-то образом ухитряется так пригнуть его к земле, что заманчивый обед оказывается примерно на уровне его роста. Сытно поев, косые, несмотря на свою малость, тоже нередко оставляют много отметок, будто в этом месте порезвились поросята.

Прошло довольно много времени прежде чем неведомый виновник был изобличен. Это – косуля. Она даже в этом – поедании с таким трудом выращенных ценнейших сортов кукурузы – не изменила своему званию грациозного и красивого животного. И люди, кажется, даже с некоторым сожалением узнали о том, кто на самом деле покусился на плоды их труда.

Птицы. Они тоже не прочь полакомиться тем, что выращивается на станционных полях. И не раз при этом ставили хозяев в тупик. Особенно вороны.

Бывало так, что только взошедшие тоненькие росточки кукурузы были безжалостно выдернуты из почвы и отброшены в сторону. Даже там, где они еще не успели проклюнуться, темнели маленькие лунки, валялись засохшие зерновки, только зародыша в них уже не было. Много гектаров посевов из-за этого приходилось списывать.

Оказалось – это работа сообразительных ворон. Они вкусное лакомство находили не только по росткам, но и, видимо, по запаху, шедшему из-под земли.

Воробьи любят делать налеты на угодья, где растет подсолнечник. Для удобства они выклевывают в шляпке дыру, залезают в нее и принимаются за трапезу. Только по серому хвостику, торчащему из маленького отверстия, догадаешься, кто пиршествует в зарослях «солнечного» растения. Действительно без этих столовых, устраиваемых маленькими серыми птичками на подсолнухах, им пришлось бы труднее. Ведь долго ли провисишь вниз головой на поникшей, отягощенной созревшими семенами шляпке!

Действенным средством от назойливых птиц у тружеников станции стали… старые магнитофонные ленты. Их привязывают к деревянным колышкам, вбитым в землю, и натягивают вдоль и поперек над делянками. Посмотришь со стороны в солнечный день – будто море плещется рядом. Такой визуальный эффект создают яркие блики лент. А когда подует ветер, даже небольшой, поднимается такой гул, что порой не только пернатым, даже работающим тут женщинам становится страшновато, не по себе.

В кабинет Валентины Борисовны Лиманской, заместителя директора по науке, вносят букет какого-то засушенного растения в стеклянной банке. Это сафлор. Валентина Борисовна говорит, что эта однолетняя культура красиво смотрится во время цветения, издает приятный тюльпановый запах. Но на меня, честно говоря, это растение, заключенное в обычную банку бог весть когда, не произвело особого впечатления. Да и на станции его разведением, как я узнал, занимаются отнюдь не из-за красоты. И даже то, что сафлор выгоден в экономическом отношении (из семян производится масло) не играет решающей роли. Его здесь выращивают с вполне конкретной целью – для несения им охранных функций.

Дело в том, что сафлор колючее растение и отпугивает от себя и зверя, и человека. Попасть на поле с посевами через его заросли невозможно, сильно не наколовшись и ободравшись о его тонкие, остро жалящие иголки. Словом, страж из него вышел первостатейный, и на станции не могли нарадоваться на своего надежного помощника в сохранности урожая. Но кто-то позарился и на него, а точнее на семена в плотных коробочках. Притом этот «кто-то» действовал весьма агрессивно: коробочки раскалывались, расщеплялись, а их содержимым была густо усыпана земля вокруг. И так потом продолжалось изо дня в день. В конце концов выяснилось: виновницы те же вороны. Они не садились на софлор, а нависали над ним и, орудуя своим сильным клювом, вот так, на лету, добирались до семян. Впрочем, им попадало мало, судя по всему, больше просто просыпалось…

– Это вконец переполнило чашу нашего терпения. Ведь то, что в результате многолетнего тяжелого труда выращивается нашими учеными-селекционерами трудно сосчитать в деньгах, это просто бесценно! – рассказывает не без волнения даже сейчас, спустя годы, Валентина Борисовна. – И наши женщины весной вот что предприняли. Когда в ближайших лесополосах увидели птичьи гнезда, они их разорили, а птенцов, живых, кричащих, развесили по веткам деревьев. И вот появляется директор станции и устраивает нам разнос: вы, мол, женщины, как на это у вас рука-то поднялась!.. И это говорил нам человек, постоянно призывавший не только вырастить все запланированное, но и по максимуму сберечь.

От крайней меры пришлось отказаться, даровать молодняку жизнь. А на этом участке вскоре появились чучела, не новое, но проверенное временем средство, а главное, компромиссное. Ведь в любом, даже самом благом и замечательном деле, важно не переусердствовать.

Фото из архива ТОО «Сельхозопытная станция»

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top