С правом передачи

5 февраля 2015
0
1965

С Айдынбеком Бурибаевичем Имангалиевым мы познакомились на городской выставке мастеров. Он единственный, кто демонстрировал конные седла. Его работы привлекли внимание многих посетителей, так как отличались не только прочностью, изяществом форм, но и особым национальным колоритом. 

Седла он делает из натуральной кожи и украшает полудрагоценными камнями. В ход идут агат, бирюза, яшма, нефрит, топаз. Стоимость каждого изделия доходит до нескольких тысяч долларов, но это того стоит. Айдынбек уточняет сразу: ни одно седло не схоже с другим. Делать одинаковые мастеру не интересно. Так как работа кропотливая, может потребовать несколько месяцев.

По профессии он художник-гравировщик. Все это время работал с камнем, изготавливал мемориальные плиты и надгробные памятники. У него есть свое дело, которое приносит определенный доход. Но, как говорит мастер, это не поднимало настроения, поэтому стал искать для себя что-то другое.

Тот, кто лично знаком с Айдынбеком, с уверенностью назовет его универсалом. Ему подвластны камень, кожа, дерево. Как говорит сам, многому его научили в педагогическом институте, его он окончил много лет тому назад. После в школе преподавал черчение и труд. В сложные 90-е годы, когда зарплату задерживали, а семью необходимо было кормить, ушел на вольные хлеба. Стал сапожником, ремонтировал обувь.

Деревянная посуда – одно из увлечений. Материал он покупает и собирает по городу. Для поделки может подойти самый неприметный чурбачок.

– Дерево мне нравится, – рассказывает он. – Оно живое, мягкое, податливое, из него можно сделать все что угодно. Я вырезаю посуду. Сейчас это модно, поэтому заказы на блюда (асатау) периодически поступают.

Седлами начал заниматься не так давно. Это сложно, хотя уверен, если есть желание, можно научиться.

– Я удивляюсь, когда молодые люди жалуются, что у них нет денег, потому что нет работы. Пусть научатся что-то делать своими руками, и это мастерство всегда прокормит, – рассуждает Айдынбек. – Не обязательно оканчивать университеты, а потом пытаться найти свое место. Получи профессию сапожника и всегда будешь при деле. К тому же государство сейчас помогает, есть масса программ, по которым можно переобучиться.

Седлами Айдынбек всерьез занялся в позапрошлом году. По телевизору увидел рекламное объявление, в котором говорилось, что есть программа «Дорожная карта-2020», благодаря которой каждый может начать свое дело. На это выделяются деньги – три миллиона тенге. Его предложение заинтересовало. Но необходимо было доказать рентабельность бизнеса. Айдынбек отправился учиться.

– Денег не дали, – подтверждает Айдынбек. – Пришлось вкладывать свои. Сначала я учился в Шымкенте, потом отправился в Бишкек (Кыргызстан), затем в Алматы. Мастера там хорошие, особенно на юге Казахстана. Они делают изумительные вещи. Правда, опытом делились не бесплатно, за деньги. Но даже в этом случае, кое-какие секреты, как я думаю, оставляли все-таки при себе. Это неправильно. Мастерство нужно передавать, это наша культура, наша история, национальный колорит, который может исчезнуть. Они делают мебель, посуду, зердер (украшения). Я выбрал седла.

Историки утверждают, изначально седло выглядело как простой кусок кожи с мехом, перекинутый через спину лошади. У ступней всадника шкуру сшивали и использовали «петли» как стремя. Уже много позже было изобретено седло в том виде, в котором мы его хорошо знаем. Теперь оно – настоящее искусство, авторская работа. Чтобы седла отличались от других, Айдынбек украшает их орнаментом из серебра, мельхиора и камнями. Получается красиво, хотя и дороговато.

– Думаю, что в старину такие седла, какие делаю я, могли заказывать только бии и ханы, – с улыбкой говорит мастер. – Впрочем, это сейчас считается искусством. Несколько веков назад оно было жизненной необходимостью, поскольку даже самый бедный степняк обязательно имел лошадь и ему необходимо было седло. Сейчас табун лошадей заменил один железный конь, и седла не нужны, но для многих казахов (чаще на юге), хорошее седло по-прежнему остается самым дорогим и уважаемым подарком. Такие покупают зажиточные чабаны, их дарят руководителям, чемпионам кокпара, аударыспака. Что это – зов крови, гены? Не знаю.

Хорошее седло может служить много лет и передаваться как реликвия из поколения в поколение. Технология изготовления не меняется на протяжении веков. Я тоже стараюсь соблюдать существующие негласные правила. Все делается вручную. Использую практически те же инструменты, которыми работали в старину: ножички, крупные иголки. Тогда хорошей стали не было. За крепкую иглу, привезенную из Китая, можно было получить теленка. Пока учился, узнал многое. Например, седла бывают разные. У казахов Мангистау и по берегам реки Эмба распространен вид называющийся «қозы құйрық ер», напоминающий курдюк ягненка. Иногда его называют и по-другому – «ақ бас ер» – седло с белой головкой или «шошақ бас қазақы ер» – остроголовое. У казахов, живших по берегам рек Тургай и Иргиз, а также на землях Кокшетау, было распространено «үйрек бас ер» – уткоголовое седло.

В целом каждое седло состоит из тоқым – подседельника, желдік – войлока, терлік – потника, үзеңгі – стремени, айыл – подпруги, құйысқан – подхвостного ремня, өмілдірік – нагрудника, жүген – уздечки, жабу – попоны, ат көрпе – корпе для лошади (небольшое стеганное одеяло), тұсау – пут, шідер – треножника и др.

Желдік – двухслойный стеганый войлок, зачехленный сафьяном. Чтобы чепрак не скользил по крупу лошади, он шьется по размеру седла. Края чепрака украшаются вышивкой и серебряными бляхами. Үзеңгі, тeміp үзеңгі – железное стремя. Куется из цельного куска. Только подошва делается отдельно. Мастера-кузнецы выковывают стремя целиком, а только потом отделывают его серебром. Посеребренное стремя украшается орнаментами разных видов.

Автор: Надежда Жолдошева
Фото из семейного альбома А. Имангалиева
и Ярослава Кулика

Добавить комментарий

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top