Преодоление

10 января 2019
0
783

– Слепым быть страшно, – поправляя темные очки, говорит Есенгали Утегенов. – Тяжело от бессилия, ведь ты абсолютно ничего не можешь сделать сам, даже самую малость.
Поэтому случается депрессия. И это у всех, такова психика человека. Сам мозг не соглашается с тем, что его лишили самого дорогого – зрения. Он хочет видеть, осознавать, вникать в детали, а вместо этого – тьма.

– И вы тоже это пережили?

– Я просто не хотел жить. До этого у меня было все – строил дом, родился второй ребенок. И ослеп. Словами объяснить состояние сложно, кажется, остался один в целом мире. Слышишь, как бежит в венах кровь, стучит сердце, хочется закричать и проснуться. А ты все спишь, и тебя мучают кошмары. При этом никому до тебя нет дела, у всех заботы, проблемы. Отсеялись лишние люди, среди которых друзья и коллеги. До этого я работал в правоохранительных органах.

– Кто остался?

– Никто. Была обида – горькая, злая. Понял потом: зря, все зависит от тебя, как ты воспринимаешь этот мир, а еще от тех, кто рядом. Меня поддерживали супруга Гульдаурен, родители, брат, потом появилась Айгюль Кенжегалиевна Хасангалиева, руководитель общественного объединения «Жеңіс». С него, пожалуй, и началось мое «исцеление». Не у меня одного, у многих незрячих, которых раньше учили: не высовывайтесь.

Члены общества слепых одну за другой рассказывали истории о том, как маленькая, хрупкая женщина делала сильными отчаявшихся и опустивших руки мужчин. Тех, кто лишился самого главного – зрения. А глаза – это, как известно, все. Без них никуда, человек прикован к месту. А Айгюль Кенжегалиевна, словно не обращая на это внимания, звонила каждому и внушала, что есть перспективы, нужно только выйти из дома.

– Не стоит бояться и прятаться от мира, будьте активны, полноценны, вы это можете, – вспоминает с улыбкой ее слова Есенгали.

Каждого незрячего, с инвалидностью первой группы, государство обеспечивает индивидуальным помощником. Айгюль Кенжегалиевна выиграла этот тендер. Ее задача – искать людей, которые бы стали глазами инвалидов. Рабочий день – несколько часов, но желающих мало. Не каждый хочет заниматься этим за скромную оплату.

Руководитель ведет учет их посещений, составляет табель заработной платы. На этом, пожалуй, можно было бы остановиться. Но, столкнувшись с чужой бедой, она не смогла ограничиться лишь формальностями, а, как говорят они сами, стала знаком, указывающим им путь.

Район Птицефабрики. Новый дом рядом с главной дорогой, по которой курсирует маршрутка под номером 3. Рядом остановка, магазин, кафе, в общем, все основные социально-значимые объекты небольшого поселка. До школы две-три остановки на автобусе. Летом это не проблема, однако зимой – по колено сугробы, ни пройти, ни проехать. Инватакси с трудом пробирается.

К дому Есенгали змейкой ведет узкая дорожка. Мальчишка с румянцем во все щеки большой лопатой по-хозяйски чистит снег. Это 11-летний Даниял, старший сын и главный помощник родителей во всем.

Дом на 150 квадратов, с высокими потолками, просторными комнатами и хорошим ремонтом хозяин построил до того, как ослеп. Уже потом стало понятно, к 30 годам он сделал много, главное создал семью и заимел двоих сыновей. Сегодня младшему Акжаркыну уже пять и он тоже помогает отцу и матери. Самая младшая – Акнур, ей только четыре месяца. Отец дочь не видел, ему объяснили – очень похожа на братьев. Он уверен, она просто красавица.

Быть слепым страшно, и это легко проверить. Для простого эксперимента достаточно закрыть глаза и попробовать заняться каким-нибудь делом. Ничего не получится, даже если свою комнату вы знаете наизусть и хорошо помните, где что лежит. В бездонном черном мраке в одну минуту перед вами вырастают преграды в виде дверей, стульев, тумбочек, об острые углы которых больно бьются ноги. Совсем скоро начинается паника, и вы открываете глаза.

Молодой, крепкий мужчина осторожно передвигается по дому, слегка касаясь пальцами стен. Признается, за пять лет только начал привыкать. До этого задевал косяки и всегда боялся упасть.

– Как ни старался, сколько ни ездил по офтальмологическим клиникам Казахстана и России, хэппи-энда не получилось, – грустно говорит он. – В 2012 году потерял один глаз, через два года другой. Диагноз врач поставил сразу – хронический вялотекущий увит. Пока оставался второй, я что-то делал, водил машину. В 2014 году ослеп полностью и возненавидел весь белый свет. Супруга страдала больше, но не отступала, стараясь взбодрить меня: «Ты не один такой, много людей слепых и они живут. Так что прекращай жаловаться, придумай себе дело, занимайся детьми». С этого начинался каждый наш день. Я отказывался, был уверен, ничего не получится, но она слушать не хотела.

Потом позвонила Айгюль Кенжегалиевна, я ее тогда не знал, с ходу спросила, а почему я не участвую в соревнованиях по армрестлингу? Если честно, я сильно удивился. Какой армрестлинг, тут у меня такое! И положил трубку.

Но, подумав, в назначенный день все-таки вызвал инватакси и поехал на соревнования ребят с инвалидностью. Без подготовки и тренировок занял второе место. А потом был организован чемпионат по пауэрлифтингу, и я снова занял второе место. Тогда понял, что я все же что-то могу.

Есенгали узнал: соревнования, на которые Айгюль приглашала, организованы директором спортивного клуба для инвалидов Азоном Нурмухановичем Шаймардановым, человеком несгибаемой воли и необыкновенной силы. Он в инвалидной коляске, а окружающие как будто не замечают этого. Он пригласил Айгюль Кенжегалиевну возглавить объединение «Жеңіс», которое по всем бумагам тогда уже существовало. Нужен был лишь человек, который бы взялся за дело, придумал проекты, поучаствовал в тендерах.

Она была далека от всего этого. Занималась домом, детьми, их у нее трое. Что такое инвалидность и приговор врачей, знает. Старшему сыну 21 год. Когда родила, врачи настойчиво убеждали оставить его в роддоме – сложная степень ДЦП.

– Ходить не будет, самостоятельно есть и пить тоже, зачем вам мучиться, вы же молодая, родите еще, – глядя в глаза, говорила врач.

Молодая мать прижимала к себе крошечный комочек, вытирала наворачивающиеся слезы и была уверена – никогда и никому не отдаст своего сына. Он вырос вопреки всем страшным прогнозам, пробивался к солнцу, как цветок сквозь асфальт. Стараниями матери стал ходить, разговаривать, сейчас помогает по дому и в воспитании младших детей. А ведь когда-то она училась кормить его через зонд.

Но глаза Айгюль навсегда остались на мокром месте. Она готова заплакать в любой момент. Особенно если чувствует чью-то боль или вспоминает, через какой кошмар пришлось пройти ей, спасая сына.

– Помню, когда увидела впервые Есенгали. Он вместе с другими ребятами приехал в спортивный комплекс «Арман» на соревнования, – рассказывает она. – Зрелище было очень трогательное. Молодые, крепкие парни, как беспомощные дети шли друг за другом цепочкой, положив руки на плечи впереди идущих.

Ее слезы – это боль за всех, с кем жестоко обошлась судьба.

Есенгали всерьез занялся плаванием, три раза в неделю тренировки. Хочет стать профессиональным спортсменом и уверен, шансы есть.

Бассейн находится в 6 микрорайоне, ездит на инватакси. Супруга Гульдаурен рада такому преображению, хотя шутит – раньше из дома не могла выгнать, теперь никак не удержать.

– А вы знаете, почему я хочу участвовать в республиканских соревнованиях? – спрашивает Есенгали. – Хочу стать победителем и войти в сборную паралимпийцев Казахстана. Им стипендию платят, а мне надо кормить детей и жену. И если в нашем городе нет работы для инвалидов, тогда я стану спортсменом.

Пенсия у него небольшая, 60 тысяч тенге. Как индивидуальному помощнику начисляется небольшая плата его жене. Он спрашивает в пустоту: «Ну разве это деньги?»

Просторная кухня с красивой мебелью и большим круглым столом посередине, за которым умещается вся семья. Гульдаурен хлопочет: время обеда. В это время Есенгали бережно держит на руках дочь. Она его главная забота – отец сам меняет памперсы, одевает и кормит. Причем делает это удивительно ловко, тот, кто не в курсе, вряд ли бы понял, что здесь что-то не так.

– К сожалению, эти люди очень часто живут закрытой жизнью, – говорит Айгюль Кенжегалиевна. – Они, может быть, сами установили рамки, но и общество зачастую не готово принять этих людей. Цель «Жеңіс» адаптировать всех. В этих целях мы активно взаимодействуем со спортивно-оздоровительным клубом под руководством Азона Нурмухановича, а также с Домом культуры общества незрячих «Зағип».

Но основная наша задача – предоставление индивидуальных помощников, которые должны сопровождать незрячих везде и всюду. Работа оплачивается в объеме выполненных услуг. Ежемесячно каждый представляет в объединение отчет в виде акта выполненного, обязательно подтвержденный подписями инвалидов. Но очень часто мы проверяем их сами.

Айгюль Кенжегалиевна убеждает: незрячие могут и должны учиться, работать, заниматься творчеством, только так можно забыть о своих недугах. А значит, изменить свое отношение к окружающему миру.

В Назарбаев Интеллектуальной школе Айгюль Кенжегалиевна организовала акцию «Ақ таяқ – Белая трость». Члены ОО «Жеңіс» на встрече с учениками делились жизненным опытом, рассказывали о себе. На детей эта встреча произвела неизгладимое впечатление. Возможно, кто-то из них, повзрослев, станет помогать людям с ограниченными возможностями. А эта встреча в их памяти останется навсегда.

(Окончание следует)

Фото: Ярослав Кулик

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top