Печора и Вычегда спасут?

22 сентября 2022
0
1023

Вопрос о дефиците водного баланса Каспийского моря в той форме, в которой он формулируется в наши дни, возник не сразу. Он издавна волновал учёных, инженеров, экономистов. Но до последних лет более актуальной темой было не каспийское, а волжское мелководье и беды, которое оно причиняло судоходству.

Недовольство перекатами выражал ещё немецкий путешественник Адам Эльшлегер, плывший по Волге в 1646 г. в Персию, и школьникам больше известный под именем Олеария.

В 1844 г. купечество Санкт-Петербургского порта, ходатайствуя об улучшении судоходства по Волге, писало, что «… Волга остаётся в первобытном природном положении. Мелководие в низовых частях её, часто встречающееся, потрясает многих купцов и судохозяев. Деньги сыплются полной горстью, но лето, и без того уже у нас короткое, уходит и значительна часть товаров остаётся на зимовке» (С.П. Неустроев, «Словарь волжских судовых терминов», Нижний Новгород, 1914, стр. 227).

Три года спустя граф Клейнмихель во всеподданейшем докладе вынужден был признать, что «несмотря на важность волжского пути – этой главнейшей артерии внутреннего нашего судоходства, путь сей далеко не в том состоянии, в котором ему быть должно» (там же, стр. 228).

Поэтому богатые водные ресурсы Севера рассматривались долгое время только как средство улучшения транспортных путей в бассейне Волги. Первые послереволюционные проекты – Камско-Печорский водный путь, так называемая «схема северного питания» и некоторые другие тоже не выходили за рамки решения транспортных задач.

Но уже в 30-х годах ХХ столетия эти проекты получили иное содержание. Переброска стока северных рек в бассейн Волги теперь рассматривалась как народнохозяйственная проблема, в которой энергетика, водный транспорт, лесное хозяйство северных районов и все отрасли промышленности, развитие которых связано с уровнем Каспийского моря, составляют единый и взаимозависимый комплекс.

В ряде исторических публикаций того времени вопрос ставился в необычной формулировке: какие работы намечается осуществить, чтобы превратить Каспийское море в солоноватое водохранилище с регулируемым уровнем и объёмом воды? Мол, сейчас об этом можно говорить с достаточной определённостью.

Основной объём воды для переброски в Каспий (около 41 кубического километра в год) будет взят путём отсечения стока верховьев Печоры, впадающей в Печорскую губу Баренцева моря, и Вычегды, несущей свои воды в Северную Двину. Первая из них отдаст Волге 33 куб. км в год, вторая – около 8 куб. км.

Чтобы воды Вычегды и Печоры, прежде чем они попадут в Каспий, принесли Волге наибольшую пользу, их следует бережно хранить и разумно расходовать. С этой целью планировалось создать Камско-Вычегодско-Печорское водохранилище площадью около 16 тыс. кв. км. Хранимые в нём запасы позволят не только регулировать сток воды в течение года, но и восполнять недостаток её в маловодные годы и тем самым равномерно удовлетворять нужды энергетики, лесосплава, водного транспорта, водоснабжения населённых пунктов и промышленных предприятий. Так Каспий получит дополнительное питание в виде 41 кубокилометра воды, которое постепенно доведёт уровень моря до запроектированной отметки.

Для перехвата стока запроектированы две плотины – Усть-Войская на Печоре и Усть-Куломская на Вычегде. По мнению инженеров и проектантов, оба сооружения не будут особо грандиозными, необычными конструктивно. Прорабатывались и возможные природные риски, о чём говорится в книге Артура Авакяна и Евгения Ромашкова «Проекты близкого и далёкого будущего», изданной в 1961 году в Москве.

Авторы ставят вопрос реб-ром: «Какими последствиями обернётся для Севера отсечение значительной части стока основных рек и как будет возмещён тот урон, который нанесёт здешнему хозяйству столь радикальное изменение географии?

У Печоры полностью отбирается верховой сток. Это нарушит судоходство на длинном участке от Усть-Войской плотины до впадения притока Усы. Чтобы сохранить глубину судового хода и водообеспечение населения и промышленности, на Печоре предусмотрена постройка гидроузла. Он поднимет воду в Печоре, а глубины, необходимые для навигации ниже Ижмы, будут созданы путём регулярных сбросов воды.

Помимо плотины и шлюза, в состав Усть-Ижемского гидроузла проектируется ГЭС мощностью 900 тыс. квт. Она будет вырабатывать дешёвую электроэнергию, которая позволит электрифицировать Коми АССР и Печорскую железную дорогу.

Примерно такую же компенсацию получит и река Вычегда, где возникнет транспортно-энергетический гидроузел с водохранилищем. Откроется шлюзование Вычегды сверху до Сыктывкара.

Как отмечали А. Авакян и Е. Ромашков, «Печора и Вычегда взамен отданной воды получат весьма солидную компенсацию, которая вдобавок обеспечит край электроэнергией и создаст сквозные водные пути от Нарьян-Мара и Архангельска до Каспийского и Чёрного морей.

О таких важных деталях в широкой печати 1960-1980-х годов не упоминалось. Сохраняется молчание и сегодня. Можно метать громы и молнии по проекту переброски части стока Печоры и Вычегды в бассейн Волги, но реализация этого давно разработанного проекта – единственная возможность хоть как-то компенсировать чудовищное зарегулирование Волги каскадом самых больших в мире водохранилищ, в результате чего мелеющий Каспий недополучает всё больше волжской воды.

Спустите водохранилища (или хотя бы прекратите их строить), внедрите рациональное водопользование – отпадёт необходимость перебрасывать часть стока Печоры и Вычегды в Волгу! Но бросать Каспий на произвол судьбы, десятилетиями болтать о его спасении и ничего для этого не делать – это преступление!

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top