Неизвестный Жуков

30 ноября 2017
0
118

«Жуков Георгий Константинович (1896-1974). Маршал Советского Союза (1943).
В 1939 г. командовал советскими войсками в боях с японскими войсками на р. Халхин-Гол. С 1940 г. командовал войсками Киевского ВО. В январе-июле 1941 г. начальник Генштаба, заместитель наркома обороны СССР. В Великую Отечественную войну проявил себя как талантливый полководец, сыгравший решающую роль в разгроме немецко-фашистских войск…». Это выдержка из «Популярного энциклопедического словаря», изданного в Москве в 2001 году. Жуков всегда воспринимался и воспринимается нами как Маршал Победы. Ему воздвигнуты памятники, его именем названы улицы во многих городах бывшего СССР, в том числе и в Уральске. И это неудивительно: заслуги Георгия Константиновича в разгроме Гитлера действительно велики.
Надо заметить, что в составе 1-й Московской кавалерийской дивизии Восточного фронта Жуков участвовал в освобождении Уральска от его 50-дневной осады белоказачьими частями. Рассекреченные в последнее время документы российских и немецких архивов позволяют существенно дополнить портрет Жукова как военачальника.

Г. К. Жуков

Что произошло под Ельней?

Новый взгляд на роль Жукова в военной истории во многом связан с именем Игоря Прокопенко и его телепроектами на канале РЕН ТВ. Прокопенко – известный российский документалист и телеведущий, заместитель генерального директора по документально-публицистическим программам телеканала РЕН ТВ. Автор и ведущий старейшей еженедельной программы «Военная тайна» (запущена в эфир в 1998 году) и еженедельной программы «Территория заблуждений» на РЕН ТВ.

Автор и художественный руководитель документальных телемарафонов «Космические истории», «Военные истории», «Великие тайны», «Битва цивилизаций». Автор и продюсер более 800 документальных проектов. Шестикратный обладатель национальной телевизионной премии ТЭФИ и главных наград, в том числе зарубежных, в области документального кино.

Более 20 лет Прокопенко ищет ответы на вопросы, которые не дают покоя пытливым умам, на которые нет ответов в энциклопедиях и учебниках. Несомненным достоинством Игоря Прокопенко является то, что он много работает в архивах России и зарубежных стран, в своих материалах ссылается на архивные документы, мнения профессиональных историков и очевидцев событий, со многими из которых он встречался в ходе независимых журналистских расследований.

Вот что пишет Прокопенко в своей книге «Военные тайны ХХ века», изданной в 2017 году в Москве:

«Впервые советский народ услышал о Жукове лишь в связи с неожиданным наступлением Красной армии под Ельней. Немцы под Москвой, они вот-вот возьмут Киев, все силы брошены на оборону. И тут Жуков неожиданно предлагает Сталину сдать Киев, но перейти в наступление под Ельней. Нанести контрудар.

Этой победе советские историки придавали колоссальное значение. Там родилась советская гвардия, там солдат научился бить нациста, там во всей полноте проявился полководческий талант Жукова. Сегодня, когда мы имеем возможность ознакомиться с немецкими архивами, битва под Ельней выглядит несколько по-другому» (стр. 23).

Вот что утверждает директор Германского исторического института Николаус Катцер:

«Немецкие генералы не считали необходимым удерживать Ельню, еcли Жуков так уж хотел её получить. В стратегическом смысле этот выступ не имел никакого значения, и его по приказу начальника штаба Гальдера было решено сдать. Он считал, что взятие Киева было гораздо важнее».

Планируя наступление, Жуков предполагал окружить и уничтожить немецкую группировку под Ельней. Но всё произошло совсем по-другому…

В архивах сохранился рапорт Гальдера, который приводит в своей книге Прокопенко. Вот что писал в Берлин немецкий генерал-полковник:

«Наши части сдали противнику дугу фронта у Ельни. Противник ещё долгое время после того, как наши части уже были выведены, вёл огонь по этим оставленным нами позициям и только тогда осторожно занял их пехотой. Скрытый отвод войск с этой дуги является неплохим достижением командования» (стр. 23).

В это время гитлеровцы проводили грандиозную операцию по разгрому киевской группировки советских войск. В плен попали, по данным немецких архивов, 664 000 советских бойцов и командиров. Им бы помочь, и Гудериан вряд ли смог бы заткнуть эту брешь… Но Жуков проводит Ельнинскую операцию, зная, что планы противника изменились и он не будет в ближайшее время наносить удар по Москве.

Об этом свидетельствует сам Георгий Константинович в своих «Воспоминаниях и размышлениях» (Москва, 1971 год, издательство Агентства печати «Новости»). Вот какую телеграмму он послал Сталину ещё 19 августа, то есть до Ельнинской операции:

«Противник, убедившись в сосредоточении крупных сил наших войск на пути к Москве, имея на своих флангах Центральный фронт и великолукскую группировку наших войск, временно отказался от удара на Москву и, перейдя к активной обороне против Западного и Резервного фронтов, все свои ударные подвижные и танковые части бросил против Центрального, Юго-Западного и Южного фронтов.

Возможный замысел противника: разгромить Центральный фронт и, выйдя в район Чернигов – Конотоп – Прилуки, ударом с тыла разгромить армии Юго-Западного фронта. После чего – главный удар на Москву в обход Брянских лесов и удар на Донбасс…».

8 сентября 1941 года Жукова вызвал Сталин. На этой встрече речь вновь зашла о положении под Киевом. Жуков, как он пишет в «Воспоминаниях и размышлениях», дал понять Сталину:

«Уверен, что группа армий «Юг», захватившая плацдарм в районе Кременчуга, будет осуществлять оперативное взаимодействие с армией Гудериана. Над Юго-Западным фронтом нависает серьёзная угроза. Я вновь рекомендую немедленно отвести всю киевскую группировку на восточный берег Днепра и за её счёт создать резервы где-то в районе Конотопа.

– А как же Киев?

– Как ни тяжело, а Киев придётся оставить. Иного выхода у нас нет» (стр. 296).

Сталина очень беспокоила перспектива сдачи Киева. Об этом он прямо заявил 11 сентября во время телефонного разговора с военным советом Юго-Западного фронта:

«Ваше предложение об отводе войск на рубеж известной вам реки мне кажется опасным… В данной обстановке на восточном берегу Днепра предлагаемый вами отвод войск будет означать окружение наших войск, так как противник будет наступать на вас не только со стороны Конотопа, то есть с севера, но и со стороны юга, то есть Кременчуга, а также с запада, так как при отводе наших войск с Днепра противник моментально займёт восточный берег Днепра и начнёт атаки. Если конотопская группа противника соединится с кременчугской группой, вы будете окружены» (Г. Жуков, «Воспоминания и размышления», стр. 296-297).

Но было уже поздно: 8 сентября Жукова отправили спасать положение под Ленинградом, а советские войска под Киевом действительно попали в окружение.

В ночь на 7 сентября 1941 года, под проливным дождём, немецкие части под Ельней покинули свои позиции. А наша авиация продолжала поливать свинцом оставленные противником рубежи. Об этом в упомянутых мемуарах Жукова ничего не говорится. Между тем, об отводе немцами войск полководец знал, о чём в «Воспоминаниях и размышлениях» написано ясно:

«Пользуясь наступившей темнотой и ещё не закрытой горловиной, остатки противника отошли от ельнинского выступа, оставив на поле множество трупов, тяжёлого оружия и танков…» (стр. 292).

Таковы были реалии тех драматических событий.

Уроки Халхин-Гола

Законы военной теории просты и жестоки: чтобы победить в наступлении, необходимо иметь по крайней мере троекратное превосходство в живой силе и технике. Этот принцип для Георгия Жукова при планировании всех наступательных операций – главный. Однако и потерь у наступающих тоже больше. Другие полководцы старались избегать лишних потерь, но Жуков их не боялся, во многом поэтому ему не было равных в наступлении.

Однажды брошенная Жуковым фраза: «Солдат не жалеть, бабы ещё нарожают», – хоть и цинична, но верна с точки зрения военной науки. Как в связи с этим не вспомнить о событиях на Халхин-Голе.

5 июня 1939 года Сталин вызывает к себе Жукова. Перед ним поставлена задача немедленно отправиться на Дальний Восток и возглавить группировку, которая ведёт бои с японскими войсками у реки Халхин-Гол.

Принято считать, что тогда Жуков совершил полководческое чудо: мол, японцы готовились драться до конца, а перешедшая в подчинение Жукову группировка оказалась слабо подготовленной и малочисленной. Однако анализ ранее недоступных архивных материалов свидетельствует о том, что этот привычный тезис – преувеличение.

Вот что сообщает военный историк Алексей Исаев:

«В составе армейской группы Жукова на Халхин-Голе находилось в середине августа около 60 000 человек. Это была достаточно сильная ударная группировка, которая была им соответствующим образом использована».

(Продолжение следует)

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top