Не сложилось

3 сентября 2020
0
196

Рискну предположить: никто из читателей не угадает, что запечатлено на том снимке. Честно скажу, и автор этих строк не угадал бы, не побывай сам на месте, где сделано фото. Так выглядит сегодня Учужный затон. Всего в сотне метров от своего жалкого остатка, который дачники углубляют лопатами, чтобы обеспечить доступ воды к насосам.

Ходят легенды о фантастической засасывающей способности слагающих дно Урала грунтов. Через две-три недели затонувшее судно, как правило, уже не находили. Шёл как-то из Уральска в Калмыково (ныне Тайпак) караван барж для детского дома с грузом кирпича, стекла, одежды, посуды. Одна из барж повредила дно и частично затонула. Несколько часов пароходы «Ударник» и «Доссор» пытались вызволить её из беды, но безуспешно. Часть груза удалось спасти, а судно пришлось бросить.

Засосало и трактор, упавший после Великой Отечественной войны с яра в районе Калмыкова. Искали – не нашли. Говорят, будто свалилась машина в 25-метровую яму – самое глубокое место на Урале.

Сегодня впору говорить о сверхбыстрой скорости зарастания русла «колыбели осетровых», её мелеющих затонов и стариц камышом, травой, тальником и даже деревьями.

Доводилось бывать в этих местах в 70-80-х годах – выше одноимённого дачного массива Учужный затон представлял из себя полноценный залив, который в половодье превращался в протоку, начинающуюся напротив нынешнего Мемориала Победы. На старых лоцманских картах протока обозначена пунктиром.

На фото в книге-путеводителе по Уралу Константина Телятова и Фёдора Игнатова «От Уральска до Каспия» (Алма-Ата, «Казахстан», 1971) Учужный затон вообще выглядит как небольшая река с живописными лесистыми берегами. И вот такая метаморфоза…

Учужный Затон на речной лоции 1950-х годов. Устье затона находилось напротив Ханской рощи.

Не хватает нынешнему Уралу-батюшке живой силы половодья. А тут ещё грянул жестокий кризис 1990-х. С развалом Уральского речного пароходства затон перестали углублять. В его старом русле и сегодня можно найти якорные цепи, тросы, а то и целую баржу. Стояла такая посудина десятки лет неподалёку от дачного массива, но вот ИСЧЕЗЛА.

Нет, вовсе не грунт её «засосал», а охотники за металлом. В последние годы они подобрали в здешних местах абсолютно всё, даже почти засыпанную песком, оказавшуюся на яру баржу напротив Ханской рощи. Прихожу однажды – вместо неё огромная яма…

Но самое печальное в том, что «металлисты» смели чудом сохранившуюся реликвию, о которой мы много раз рассказывали – пароход «Слёт». Это судно длиной 46 метров (длина «Москвы» 38 метров) сооружено в 1931 году в Зеленодольске, на Волге.

По Уралу ходили несколько судов, построенных в этом городе. В конце 1960-х пароходство продало «Слёт» турбазе «Уральская», которая переименовала его в «Чебурашку». Разу-крашенный цветными флажками пароход в 1970-х служил для развлечения детворы: играли ребята и девчата в морские путешествия и пиратов.

Бывший капитан УРП, в ту пору работник «Гидроприбора» Пётр Штах планировал поднять судно на слип, отремонтировать его и перевозить по Уралу дачников и туристов. Ветеран речного флота Александр Стариченков говорил, что именно на «Слёте» можно создать музей Уральского пароходства.

Ничего из таких благородных планов не вышло, и во многом по финансово-экономическим причинам. На месте, где стоял «Слёт», вырос целый лес – никаких следов. Где-нибудь на Западе из такого судна давно бы сделали «туристическую конфетку».

И людей бы ПРОСВЕЩАЛИ и ЗАРАБАТЫВАЛИ. Представляете, плавучий музей истории пароходства (или в целом судоходства на Урале) – нигде такого нет в бывшем СССР, а может, и в Европе.

Но вот не сложилось: не в ладах мы, за редким исключением, с исторической памятью. А теперь, как выяснилось, с экологией, охраной Урала тоже. Всё у нас теперь зарастает, мелеет, затаптывается, бесследно исчезают уникальные свидетельства истории.

Но правильно ли объяснять всё экономическим и финансовым кризисами или маловодным периодом? Может, как писал Михаил Булгаков в «Собачьем сердце», кризис у нас в головах?

Фото автора

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top