Маловодье

6 января 2022
0
136

Ещё не утих интерес к обнажившимся песчаным островам напротив городской набережной. И есть необходимость сказать, как маловодье влияет на состояние рыбных запасов в частности и на экосистему Урала в целом. Потому что некоторые горячие головы предлагают весьма радикальные и странные пути решения сложившихся проблем.

Основной сток (60-80%) реки Урал приходится на весеннее половодье и именно от него в большей степени зависят и состояние рыбных запасов в частности, и функционирование экосистемы реки в том виде, как мы привыкли это наблюдать.

Мы уже начали забывать, как выглядят «хорошие» паводки. Хороший паводок – это всегда довольно резкое повышение уровня воды, когда подхватывается течением всё, что плохо лежит на берегу – прибитые течением сухие ветки, упавшие деревья, прибрежная водная растительность. Река разливается вширь на многие километры, затопляет все низины, котлубани, освежает пойменные озёра. При этом возрастает скорость течения, и уносится муть, которая осела на дне в период межени в затонах и ямах. И эти условия сохраняются на протяжении месяца-полутора. Справедливости ради следует сказать, что какие-то изменения гидрологических условий всё-таки происходят каждую весну. Но в последнее время они всё чаще бывают недостаточно выражены.

Как это сказывается на рыбных запасах? Количество рыбы в водоёмах поддерживается за счёт естественного воспроизводства. А большинство видов нерестится весной, как раз в период паводка. Нерест происходит на отмелях, между корнями прибрежной растительности, на пойменных разливах. По тому, куда откладывается икра, большинство видов рыб, которые обитают в наших водоёмах, можно разделить на две группы. Первая большая группа – фитофильные виды (от греческих слов φυτόν – растение, и φιλέω – любить), то есть предпочитающие откладывать икру на растительность. Большинство этих рыб нерестится в пойменных водоёмах и на разливах. К данным видам относятся щука, сазан, карась, лещ, вобла, судак и другие. Другая большая группа – литофильные (от слова λίθος – камень) виды. Эти рыбы предпочитают откладывать икру на песчаных и гравийных отмелях, либо в поверхностном слое воды на течении (все осетровые, чехонь).

Когда объём стока в период паводка недостаточен и пойма не затопляется, фитофильные виды рыб не выходят на нерест и воспроизводства не происходит. Когда паводок непродолжителен, поздненерестующие виды, нерестящиеся в прогретой воде на разливах, не успевают этого сделать и воспроизводства тоже не происходит. Тут может быть исключение – рыбы нерестятся в заливах в пределах русла реки, но такой нерест недостаточно эффективен из-за наличия хищников, которые поедают икру, неблагоприятного температурного режима и условий для развития вышедшей из икры молоди.

Что касается влияния низкоинтенсивного паводка на экосистему. В результате захламления берегов и перекатов происходит изменение русла реки. Для того, чтобы «протолкнуть» стекающий объём воды, русло расширяется или искривляется, а на «севший на мель» топляк намывается песок и другие осадки. Так намываются целые острова. Эти острова зарастают травой, тальником, которые удерживают ещё больше наносов, укрепляются и тогда русло реки совсем меняется. Во время интенсивных паводков весь этот топляк подхватывается и уносится течением, и изменения русла не происходит. Но интенсивные паводки происходят всё реже, поэтому отложения ила и коряг увеличиваются, и даже интенсивного паводка становится недостаточно, чтобы очистить русло реки.

Из-за низкоинтенсивного паводка происходит осаждение взвешенных в воде частиц и заиление донного грунта. На отложениях ила формируются заросли прибрежной водной растительности, что способствует ещё большему отложению взвесей. Так формируются ранее несвойственные экосистеме реки Урал биотопы заросших прибрежных участков за счёт утраты песчаных и галечных мелководий, утрачиваются русловые нерестилища литофильных видов рыб. Мы уже пришли к тому, что утрачены почти все нерестилища осетровых ниже Уральска.

Для решения этих проблем «горячие головы» предлагают строить водохранилища и углублять русло реки.

Водохранилища на казахстанском участке Урала неэффективны, так как при строительстве плотин на равнинных участках образуется огромная мелководная зона, с которой в жаркую погоду происходит испарение воды. Режим водохранилища способствует созданию застойных зон с бурным цветением микрофлоры. Нечто похожее мы наблюдаем каждый год на Чагане, где перед окончанием паводка поднимаются шандоры и течение реки практически прекращается, а вода «зацветает».

Дноуглубительные работы не способствуют улучшению водности. Это такая косметическая операция, которая не устраняет проблему, а лишь маскирует её внешний вид. Объём воды же не увеличится от того, что будет углублено русло. Зато будут утрачены нагульные участки перекатов, которые весной выполняют ещё и функцию нерестилищ.

В меженный же период сокращение стока не столь фатально. В начале ноября прошлого года мы провели обследование десяти рыбозимовальных ям, расположенных между городом и селом Тайпак. Обследование показало, что глубина этих ям составляет от шести до двенадцати метров. Учитывая то, что количество рыбозимовальных ям на отрезке реки в нашем регионе гораздо больше десяти, специалисты считают, что условия для зимовки рыб в русле реки остаются благоприятными. К сожалению этого не скажешь о пойменных водоёмах. Ежегодное обследование стариц и пойменных озёр показывает, что единичные водоёмы имеют среднюю глубину больше двух-трёх метров. Эти водоёмы сильно заилены. Всё это создаёт высокий риск гибели рыбы зимой. И этим водоёмам нужна наша помощь, из которых самая простейшая – бурение лунок в ледовом покрове.

Полагаю, что мы должны принимать меры для нивелирования негативных последствий низкоинтенсивных паводков – расчищать протоки на пойменные нерестилища, убирать топляк с русла. Тогда вода и рыба будут проходить на пойменные нерестилища, а пойменные нерестилища будут меньше заиливаться. В летний период необходимо проводить спасение молоди с отшнурованных участков нерестилищ. Всё это требует участия большого количества волонтёрских рук, то есть привлечения общественности. Но наладив эту рутинную работу, мы хотя бы немного стабилизируем сложившуюся ситуацию.

Мы живём в условиях глобальных климатических изменений и от того, как наше общество сможет к ним приспособиться, зависит, останутся ли биологические ресурсы наших водоёмов возобновляемыми и сможем ли мы передать их потомкам.

Дмитрий Пилин,
старший научный сотрудник Западно-Казахстанского
филиала Научно-производственного центра
рыбного хозяйства

Фото: Ярослав Кулик
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top