Купол, крест и небо

21 октября 2021
0
1070

(Продолжение. Начало в № 41)

Никита Савичев, которого называют летописцем Уральска, в 1865-м году предпринял поездку по фортам «внутренней» линии с целью «узнать быт своих земляков». Результатом этой поездки стал очерк «Путевые впечатления из поездок по земле Уральского Казачьего Войска», опубликованный в газете «Казачьи ведомости» в том же году. Заканчивается очерк фразой: «Примечательно, что на всей Внутренней линии одна церковь, одна мечеть. Нет ни одной мельницы, ни одного кабака, ни одного медика».

Церкви стали строить в основном при Столыпине, который это поощрял, считая, что таким образом отвратит уральских казаков от старообрядчества и молельных домов. Но еще в 1757 году известный путешественник и этнограф Петр Паллас, посетив Калмыковскую крепость и описывая «сие место», упоминает о церкви на восточной стороне крепости.

Но вот о более поздней церкви в нынешнем Чапаево мало что известно, кроме того, что из ее кирпича много чего построили в поселке, в том числе дизельную станцию, которую, в конце концов, и отдали под новую церковь в последний год прошлого века.

Всем миром с Божьей помощью

Церковь хотели освятить именем того же святого, каким был наречен стоявший здесь когда-то храм. Но почему-то никто из местных не помнил престольного праздника своей церкви. Лишь одна старушка сказала, что в названии была цифра «три». Поэтому решили, что храм носил имена этих трех святителей – Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Их именами церковь и освятили.

Уже потом выяснилось, что храм в Лбищенске носил имя Святой Троицы. После революции здание использовали как клуб, а колокольню – как парашютную вышку, а потом и вовсе разрушили и то, и другое. Для коммунистов Лбищенск имел нехорошую репутацию места, где белоказаки одержали победу в бою с красноармейцами и где погиб Чапаев. А церковь могла объединить так называемые «чуждые элементы». Впрочем, в 30-е годы церкви разрушали повсеместно.

– Первое время службы в церкви Трех Святителей шли порой под потоками дождя, падающего с протекающей крыши, а прихожане стояли в резиновых сапогах, – рассказывает отец Алексей (Потапов), нынешний настоятель храма, которому достался такой приход. Конечно, прихожан было немного.

– Собрались сначала человек семь, потом пятнадцать. Молились о возрождении храма, и Бог услышал наши молитвы, – говорит отец Алексей. – Уже на следующей неделе после первой литургии привезли профлист, доски, местные мастера перекрыли крышу, залили фундамент. Предприниматель Юрий Васильев пожертвовал кирпич, а каменщики Евгений Акутин и его друг Гинаят обложили этим кирпичом стены.

Церковь возрождали всем миром. «Трудовые десанты» осуществляли казаки из Уральска. Прихожане организовали сбор средств. Помогали не только православные, но и мусульмане. Отец Алексей говорит, что люди, поначалу не очень охотно поддерживающие дело возрождения церкви, загорались по мере того, как начинали принимать в этом участие.

– Большую помощь оказывает главный энергетик Чапаево Сергей Скитович. И не только материально, но и собственным трудом в благоустройстве храма. Придет усталый, а потом загорается, – вспоминает настоятель. – И с Божьей помощью дела пошли на лад.

По словам отца Алексея, в церковные праздники в церковь собираются до 60 человек. За прошлый год в храме окрестили семерых ребятишек. А это значит, что жизнь продолжается.

У маленьких, деревенских церквушек, с их более чем скромным приходом, особая, теплая, почти семейная атмосфера. Во многом ее создают люди, которые с любовью ухаживают за своими храмами, стараются и внутри, и вокруг них создать красоту. В чапаевской церви Трех Святителей эту миссию «во славу Божию» осуществляют супруги Евгений и Людмила Акунины, другие прихожане.

Из Чапаево мы уезжаем, унося с собой частичку тепла и радушия маленького храма и со смешанным чувством грусти и вины, что ничем не помогли.

Любовь к отеческим гробам, любовь к родному пепелищу

Оттуда едем в Коловертное, к церкви Рождества Христова. От трассы до поселка километра четыре по проселочной пыльной дороге, и вот она, церковь, сверкающая на солнце пятью куполами, величаво возвышающаяся над Уралом, лугами, лесами, степями. И над убогими сараюшками на окраине поселка.

Церковь, построенная здесь в 1900-м году, после революции по советской традиции использовалась как зерновой склад. Но надо отдать должное жителям Коловертного – они постарались как можно меньше навредить своему храму. Трактора и машины внутрь не заезжали, зерно загружали через верхние окна – до сих пор видны следы этого. Церкви грозило разрушение уже позже – в 90-е годы, когда сеять перестали и в зерноскладе надобность отпала. Тогда неизвестные вандалы разрушили старинный молельный дом неподалеку от церкви. Угроза нависла и над ней самой. В здании протекала крыша, двери и окна выломали, из пола начали выдирать доски, не тронутые ни жучком, ни гнилью за сто с лишним прошедших лет.

Николай Милетеевич Чапурин, патриот своей малой родины, первым забил тревогу – разрушается памятник архитектуры XIX века. Он обратился в акимат, писал в газеты. Все понимали – прихода у церкви не будет, православных в селе почти не осталось. С идеей сделать церковь центром «историко-этнографического природно-ландшафтного музея-заповедника «Евразийский перекресток» выступил Андрей Васильевич Голубев, в то время директор общественного фонда «Евразийский союз ученых». В здании церкви отремонтировали крышу, вставили окна. Но на большее средств не хватило, и внутри церкви все осталось, как прежде – закопченные обшарпанные стены, пустой купол, алтарь, на стенах которого едва проглядываются бывшие фрески. Обширная документальная экспозиция в притворе храма рассказывает об истории народонаселения края, оправдывая табличку у входа с полустертым сообщением об «этнографическом музее». Но, как заверили наши батюшки, церковь все равно осталась храмом, и рассмотреть остатки фресок в алтаре женскую половину паломников не пустили.

Из церкви отправились к разрушенному молельному дому, от которого осталась только груда камней, и рассматривать их можно лишь как памятник вандализму. Символично лишь то, что часть этих камней послужила основанием для Поклонного креста, установленного в 2008-м году на краю местного погоста стараниями местного жителя Николая Чапурина. Причем, сам этот крест когда-то стоял на куполе храма Христа Спасителя в Уральске, это тоже символично.

И вот уже более десяти лет он служит местом поминовения и поклонения памяти коловертнинцев, погибших в Гражданскую и Великую Отечественную войны.

Многие фамилии на кресте повторяются несколько раз – на фронт коловернтинцы уходили целыми семьями. Среди них – Герой Советского Союза Александр Щурихин. В 18 лет он добровольцем ушел на фронт, командовал взводом разведки, погиб в 21 год и похоронен в чужой земле, в Северной Трансильвании, что в Румынии. Родным все эти годы после войны даже поклониться было некуда прийти. А их, Щурихиных, чуть не половина Коловертного. На местном кладбище эта фамилия часто встречается на могилах – со старообрядческими еще крестами и современными памятниками. Теперь и фамилия их юного родственника, похороненного в чужой земле, – тут же, на родном погосте, на Поклонном кресте.

Рядом с ним и могила отца и матери Николая Чапурина. Когда открывали Крест, Николай Милетеевич сказал, что это в память всех земляков – тех, кто погиб на фронтах, их осиротевших матерей, жен, детей. Он тогда перечислил фамилии – Питерсковы, Колесовы, Нагибины, Соболевы, Банновы, Косицыны, Ружейниковы.

Милетей Чапурин на фронте не воевал – у речников была бронь, а по Уралу перевозились военные грузы для фронта. Во время войны он один с двумя мальчишками обслуживал фарватер Урала от Коловертного до Кожехарово, который знал, как свои пять пальцев. А потом и сыновья стали помогать.

(Окончание следует)

Фото: Ярослав Кулик
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top