Как подскажет сердце

21 декабря 2017
0
332

Семья начинается с детей. С их появлением жизнь меняется кардинально: новые радости, открытия, заботы, ответственность, взять которую на себя некоторые так и не решаются. Сегодня сотни ребят пребывают в детских домах и интернатах. Но могут ли воспитатели заменить им родителей? Конечно нет.
Они должны воспитываться в семье. Родной по крови или приемной – другой вопрос. Да и вопрос ли? Ведь, как известно, чужих детей не бывает.

Оксана и Сергей своих детей иметь не могут. К решению усыновить ребенка подошли серьезно, взвесили все за и против, посоветовались с родителями. Они их решение поддержали и нашли слова, которые так нужно было им услышать.

Пара обратилась в городской отдел образования, в органы опеки и попечительства. Начальник отдела Агииз Базарбаевна Бержанова объяснила все тонкости процедуры: как правильно собрать необходимые документы, и с чего начинается этот серьезный процесс.

Свою Катюшку они увидели в Казахстанской базе сирот, которая существует с января этого года. Понятно, что «своего ребенка» нужно искать, иногда очень долго. Не каждого можно принять сердцем, как бы этого ни хотелось. Детей именно выбирают. Некоторые делают это, как товар, просят найти им ребенка красивого и здорового. И запретить таким людям усыновлять, если все документы в порядке и жилищные условия соответствуют требованиям, к сожалению, нельзя.

– Усыновление, опекунство, патронатное воспитание или приемная семья – все это лишь формальные названия. Суть в том, что в доме появится чужой ребенок. И очень важно, чтобы будущие родители или патронатные воспитатели серьезно подошли к этому. Нужно быть уверенным, что это не сиюминутная прихоть – «хочу ляльку». Ошибка может глубоко ранить детское сердце.

Определить, готовы или нет, помогают специалисты службы поддержки семьи или по-другому – «школа приемных родителей». Они организованы при областном детском доме, доме мамы и детской деревне «Жас даурен». Там с родителями общаются психологи, социальные педагоги, воспитатели, которые объясняют проблемы, которые могут возникнуть в первые три года совместного проживания.

– Это срок притирки и привыкания. Как бы вам ни нравился ребенок, необходимо понять главное: он не плюшевый заяц, а личность, со своим характером и привычками, иногда не совсем хорошими, – объясняет будущим мамам и папам специалист службы поддержки приемных родителей Динара Хайруллина.

В самом начале в отношениях между ребенком и взрослыми все действительно складывается хорошо, две стороны стараются изо всех сил понравиться друг другу. У специалистов есть определение – «розовый период». Он через какое-то время проходит, и тут начинаются серьезные проблемы. Поэтому и просят: «Прежде чем взять ребенка, подумайте, прислушайтесь к своему сердцу, действительно ли внутри вас «что-то ёкнуло». Ведь были случаи возврата детей.

– Девятилетнего мальчика усыновила обеспеченная семья. Уходить из детского дома он не хотел. Это мы думаем, что детдомовские девчонки и мальчишки только и ждут, что их заберут новые родители. В реальности это не всегда так. Может быть, малыши хотят, но те, кто повзрослей, отказываются, потому что они ждут своих родных маму и папу, – говорит Динара. – Даже испорченных родителей дети любят и хранят надежду, что они исправятся. К сожалению, не всегда такое бывает, а ребенку лучше расти в семье, чем в казенном учреждении. У него должен быть дом, понятие родственных отношений.

Потенциальные родители к этому девятилетнему ребенку присматривались со всех сторон. Общались, забирали к себе в гости. И всем казалось, что все у них складывается как нельзя лучше, но уже через четыре месяца они его вернули назад, причем сделали это с особой циничностью и равнодушием. Ребенку не объяснили, почему он больше не будет жить с ними и что делал не так. Мальчишка не хотел уходить и до последнего не знал. Понял, что его возвращают, как ненужную вещь, уже во дворе учреждения. С ним случилась истерика, он плакал, а приемная мать, отцепив детскую руку от своего платья, равнодушно села в машину мужа и уехала. Для нее оказалось все просто: она всего лишь переоценила свои силы.

Сейчас посещать детские дома совсем не обязательно, нужно начать поиски с базы детей-сирот. В целях защиты персональных данных всех детей и потенциальных родителей, на сайте публикуются только производные данные – пол ребенка, возраст, национальность, состояние здоровья, фотографии, особенности характера, причины отсутствия родителей, наличие братьев и сестер, совершеннолетних родственников. Также в информации отражен номер анкеты ребенка, благодаря которому потенциальный родитель, после одобрения его кандидатуры, сможет быстро получить доступ к более полной информации.

– Если раньше потенциальные усыновители могли иметь доступ к информации о детях, находящихся только в локальных детских домах, с введением базы данных могут видеть детей по всему Казахстану, – объясняет Агииз Базарбаевна.

– Допустим, желающий усыновить живет в Астане, а ребенок находится в Шымкенте. Расстояние не мешает узнать больше. Через анкету можно найти номера органов его опеки. Доступа к фамилии и любой подробной информации пока не будет, потому что это персональные данные. Нужно сдать документы в органы, чтобы человека признали потенциальным усыновителем. Если все в порядке со здоровьем и с законом, могут дать ребенка на усыновление. Но сначала личная встреча.

Оксана и Сергей Катюшку нашли также в базе данных. Открыли первую страничку и сразу – фотография трехлетней девочки. Повезло, что она из Уральска. В тот же день захотели поехать к ней, но сначала все-таки обратились в органы опеки.

– Для меня это было шоком. Потому что одно дело – теоретически знать, что есть детский дом. А другое – увидеть этот список, – признается Оксана. – Это же дети. И, судя по диагнозам, многих никогда не заберут.

– Мне как мужчине было тяжело сдерживать эмоции, – говорит Сергей. – Читаешь кучу диагнозов, которые даже звучат страшно. Возникло чувство обиды за этих детей, успокаивало только то, что мы нашли свою дочку.

Когда Катюша увидела Оксану и Сергея, ее глаза заблестели. Она подбежала к ним и сразу обняла. Потом ее забрали домой.

Супруги признаются, как бы ни готовились, произошло все спонтанно, многое не успели купить, например, кроватку. Стали по телефону просить об этом бабушку и дедушку. Так что, когда она зашла в свою комнату, ее кровать уже была на месте.

К трудностям, о которых их предупреждали, супруги готовы.

– Никто не выдает на дитя гарантийный талон: ни в роддоме, ни в детдоме. Главное – здраво оценивать ситуацию. Не ждать, что ребенок будет идеальным, но и пугаться каких-то поступков тоже не стоит, – говорит Сергей.

Светлана со слезами на глазах вспоминает момент, когда увидела своего будущего сына. Она уже оформила опекунство на своих внучек (дочь трагически погибла), а потом решила взять на патронатное воспитание ребенка из детского дома. Девочки выросли, уже студентки вузов, а приемный мальчишка стал родным. Неудивительно, ведь вместе они живут почти десять лет.

Она до сих пор помнит тепло детских ладошек и его испуганные глаза, он боялся ее отпускать от себя: вдруг больше не придет. А она, вручив ему огромное яблоко, украдкой вытирала слезы. Родная мать оставила его в доме малютки, у Данилы серьезные проблемы со здоровьем. Но сейчас они все вместе с ними легко справляются. И ее старшие внучки не представляют жизни без младшего брата.

Очередной урок в школе приемных родителей. Потенциальные мамы–папы отрабатывают возможные варианты объяснения их будущему приемному ребенку своих с ним отношений.

– Главный принцип: ребенку надо говорить правду и только правду. Но не всю, – объясняет психо¬лог. – До трех лет малышу все равно, как он появился на свет, главное – что его любят. Потом он начнет задавать вопросы. И на каждом возрастном этапе он будет к ним возвращаться. И каждый раз ему надо давать очередную порцию правды. Но так, чтобы не травмировать его психику.

– Тайна усыновления охраняется законом, – говорит Динара. – Но практика показывает, что в 70% случаев усыновленные и удочеренные дети все равно узнают о своем происхождении. Иногда от посторонних людей, а иногда и от собственных родителей. Например, во время семейной ссоры. Кроме того, усыновление – это самая серьезная форма принятия ребенка в семью. Она предусматривает наделение его всеми правами родного. Думаю, что большинство из вас предпочтут сначала взять ребенка на правах патронатной семьи, а уж потом, если все сложится благополучно, оформить усыновление. В любом случае вам нужно быть готовыми к тому, что в какой-то момент вам придется объяснить своему ребенку, кто он и откуда.

– А вдруг потенциальные родители испугаются этого?

– И хорошо, если передумают, – огорошивает Динара. – Значит, наши усилия были не напрасны. Мы уже давно не гонимся за количеством. У нас желающих взять ребенка в семью – хоть отбавляй.

Наша задача свести к минимуму процент возвратов, потому что для ребенка каждый неудачный приход в чужую семью – трагедия. И если какие-то кандидаты в родители отсеялись еще на стадии обучения, значит, одной плохой историей будет меньше. От того мальчика отказались только лишь потому, что он не оправдал надежд. Учился плохо, уроки самостоятельно не делал, читать не любил, в музыкальную школу ходил с неохотой.

Светлана тоже за то, чтобы ребенку сказать правду. Правда, ей объяснять сыну ничего не пришлось, он сам в один из дней ей признался, что любит ее больше, чем ту пьяную маму.

Приемная мама Анна когда-то сама была воспитанницей детдома. Больше половины ее одноклассников уже нет в живых, а кто еще на этом свете, тот не живет, а доживает. Нормальными людьми стали единицы.

– В мое время в детском доме было намного хуже, чем сейчас, – признается женщина. – Но принципиальной разницы нет. Каким бы ни был детский дом, все равно ребенок выходит из него абсолютно не готовым к жизни.

Много лет назад они с мужем взяли в семью двоих детей, которые впервые узнали, что такое поцелуй, увидели соль и сахар и научились ими пользоваться. В интернате еда всегда уже была соленой, а чай – сладким.

Дом у них небольшой. Денег тоже не вагон – делая покупки, Анна собирает все чеки, чтобы вести приходно-расходную книгу: каждый тенге на счету. Анна по профессии парикмахер, сейчас работает, а тогда всё бросила и полностью посвятила себя детям. Согреть душевной теплотой их было сложно. Они не подпускали к себе. В детских сердцах застыли льдинки обиды на весь белый свет. Но Анна с мужем справилась, и сейчас это большая крепкая семья и внуки, которых они любят.

– В настоящее время 284 ребенка находятся под опекой, 62 на патронатном воспитании и около 600 усыновлены, – говорит Агииз Базарбаевна. – 100 семей в городе желают взять на воспитание ребенка в семью. К слову, надо отметить, что в этом году добавилась новая форма – приемная семья.

– Многие родители действительно стараются взять ребенка до трех лет – здорового, без физических отклонений. Но найти такого в детском доме, сами понимаете, сложно. К тому же запрещено разделять родных братьев и сестер. Они все должны пойти в одну семью.

– Мы проверяем, как они живут в новых условиях, требуем отчет по расходам средств, которые выделяются на ребенка. Государство поддерживает усыновителей, выделяет единовременное пособие в размере 75 МРП, то есть около 170 тысяч тенге. На содержание ребенка, находящегося на патронатном воспитании или под опекой, выделяется ежемесячно 22 тысячи тенге, плюс мама получает заработную плату.

В приемную семью определяют не менее четырех детей, на содержание каждого государством выделяется ежемесячное пособие в размере 10 МРП, при условии, что оба родителя получают зарплату. Но, к сожалению, приемных семей в нашем городе пока нет.

Специалисты опеки внимательно смотрят на мотивацию. Ведь большинство потенциальных родителей приходят на эмоциональном порыве, а это очень ненадежный фундамент для будущей замещающей семьи.

Другая, не вполне надежная мотивация – это когда родители, потеряв родного ребенка, хотят найти ему замену. Как правило, таким людям потом трудно смириться с тем, что это совсем другой человек, что он не обязан быть клоном их сына или дочери.

Или попытка при помощи приемного ребенка сохранить распадающуюся семью. Подобные эксперименты тоже, как правило, заканчиваются плачевно.

Многие привыкли думать, что детский дом – это судьба. Считают, что ребенок из интерната – это потенциальный преступник. Другие наоборот, видят в нем бедную сиротку и готовы зажалеть до смерти. А это обычные дети, в которых просто надо вложить немного больше тепла и заботы.

Надежда Жолдошева
Фото Ярослава Кулика
и органов опеки и попечительства отдела образования г. Уральск

Добавить комментарий

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top