Как был смещён Хрущёв

9 февраля 2017
0
1383

Задушив реформы Георгия Маленкова, Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущёв начал реализовывать свой авантюрный план построения в СССР коммунизма в 1980 году. «Не будет преувеличением сказать, что сентябрьский Пленум – историческая веха в жизни партии и народа, в строительстве коммунизма» – говорилось в редакционной статье «Правды» от 7 сентября 1963 года, посвящённой 10-летию сентябрьского 1953 года Пленума ЦК КПСС, на котором Первым секретарём ЦК партии был избран Н.С. Хрущёв. А спустя полгода его политическая карьера закончится, и те, кто его приветствовал, единогласно проголосуют за освобождение первого лица государства от всех постов. Что же произошло на октябрьском 1964 года Пленуме ЦК КПСС и что ему предшествовало?

Н.С. Хрущёв выступает на Пленуме

Великий октябрьский «заговор»

В журналах появилась рубрика «Великое десятилетие». 70-летие Хрущёва (апрель 1964 года) ознаменовалось присвоением ему звания Героя Советского Союза, вручением четвёртой Золотой Звезды. В приветствии ближайших сподвижников говорилось:

«Мы, как и вся наша партия, весь советский народ, видим в Вашем лице, дорогой Никита Сергеевич, выдающегося марксиста-ленинца, выдающегося деятеля Коммунистической партии и советского государства, международного коммунистического и рабочего движения, мужественного борца против империализма и колониализма, за мир, демократию и социализм… Мы счастливы работать рука об руку с вами и брать с Вас пример ленинского подхода к решению вопросов партийной жизни и государственного строительства…»

Оценка октябрьского Пленума претерпела значительную эволюцию. Сначала он представал как положивший конец волюнтаризму и субъективизму перелом в жизни страны в пользу ленинских принципов партийного руководства, научных методов хозяйствования. В годы застоя пленум и последовавшие затем реформы уходят в глубокую тень. Зато в начале 90-х в исторической публицистике он всё чаще выступает как «заговор», «верхушечный переворот», жертвой которого стал Никита Сергеевич, а вместе с ним и демократическая «оттепель».

По мнению Николая Барсукова и некоторых других исследователей, за такой противоречивостью нетрудно обнаружить предвзятый подход. Необходимо трезво в духе научного историзма разобраться в ходе событий, имевших своим финалом 14 октября 1964 года. За отправной пункт необходимо взять пик политической карьеры Хрущёва – 22-й съезд КПСС.

Антиленинский стиль руководства 

Не успело стихнуть эхо от оваций в честь новой Программы партии, сулившей приблизить коммунистическое далёко к живущему поколению, как оптимистическая уверенность в успешном решении выдвинутых ею задач пошла на убыль.

Устанавливая на 10-20 лет конкретные задания по созданию материально-технической базы коммунизма, достижению изобилия и благосостояния, Программа исходила из посылки учёных о том, что «при социализме повышающийся уровень экономического развития не только не противоречит высоким темпам экономического развития, но, напротив, создаёт необходимые условия для поддержания таких темпов». То есть за основу расчётов принимались темпы роста производства, достигнутые на подъёме второй половины 50-х годов и рассматриваемые по меньшей мере как стабильные. Экстраполяция этих темпов на 10-20 лет вперёд и определяла соответствующие программные задания.

Однако с начала 60-х годов темпы роста экономики вдруг стали заметно падать. В промышленности в 1960 году прирост валовой продукции составил 9,6%, что и было принято за исходную постоянную. Но удержать эти темпы не удалось. В 1964 году они снизились до 7,3%, а в лёгкой и пищевой промышленности – до 3,9%. Падала фондоотдача, увеличивался разрыв между темпами прироста основных производственных фондов и национального дохода, уменьшилась в валовой промышленности доля, полученная за счёт повышения производительности труда, затормозился научно-технический прогресс.

Большие трудности переживало сельское хозяйство, впавшее после 1958 года в застой. Если в 1955-1959 годах валовая сельхозпродукция возрастала на 7,6%, то в 1960-1964 годах – лишь на 1,9%, что намного отставало от программных расчётов (7,2%). Падала урожайность основных сельскохозяйственных культур, производство хлебного зерна. Чудовищный урон экономике многих колхозов и совхозов нанёс кукурузный бум. Снизилась продуктивность животноводства, массовый забой скота привёл к резкому уменьшению его поголовья.

В итоге произошло заметное уменьшение роста национального дохода и фонда потребления, что вызвало осложнение в сбалансированности доходов населения с товарными ресурсами. Стали расти цены на товары, увеличились продовольственные трудности.

Тревожное положение в народном хозяйстве требовало проведения грамотного анализа, выработки действенных оздоровительных мер, прежде всего, экономического характера. Следовало ожидать, что именно этим и займутся руководящие органы партии и правительства.

С 1962 по февраль 1964 года четыре из шести пленумов ЦК КПСС были посвящены народнохозяйственным проблемам. Однако ни на одном из них вопросы экономики в научной, аналитической постановке не рассматривались. Их серьёзному и деловому анализу никак не способствовали ни форма, ни стиль работы пленумов. Они проходили либо в зале Большого Кремлёвского дворца, либо в Кремлёвском дворце съездов с участием тысяч человек. За время многодневных заседаний на трибуну поднимались более полусотни ораторов. В практику вошла сугубо показная процедура голосования с участием всех присутствовавших в зале.

В личных разговорах высказывалось немало сомнений в целесообразности подобной «демократизации». Однако официальная точка зрения была однозначной. «Это подлинно ленинский стиль руководства, – писала «Правда» в номере от 11 ноября 1962 года – это и есть на практике те нормы партийной жизни, которые были выработаны и завещаны нам В.И. Лениным».

На самом деле такая практика была очень далека от ленинских норм партийной жизни. При Ленине, кстати, критика отнюдь не возбранялась, и уж такого потока славословия в адрес партийного лидера тем более не было.

Пленумы ЦК КПСС все больше носили митинговый, а не деловой характер, проходили в обстановке парадности. При нарастающих трудностях это позволяло избегать критики, поддерживать картину видимого благополучия, обеспечивало безоговорочное одобрение предлагаемых сверху решений.

Будучи убеждённым во всесилии проводимых мер, Хрущёв на мартовском 1962 года Пленуме ЦК КПСС предложил коренным образом перестроить управление сельским хозяйством, приблизить его к колхозам и совхозам, сделать «конкретным и оперативным». Были созданы территориальные колхозно-совхозные (совхозно-колхозные) производственные управления. На Пленуме особо подчёркивалась необходимость повысить ответственность партийных органов за состояние сельскохозяйственного производства, активно способствовать более широкому использованию возможностей каждого конкретного хозяйства.

Разделили органы

Летом 1962 года Хрущёв выдвигает идею о разделении партийных организаций и партийных органов по производственному принципу и направляет в Президиум ЦК соответствующую «Записку» с требованием разослать её в ЦК компартии союзных республик, обкомы и крайкомы.

На ноябрьском 1962 года Пленуме Центрального Комитета он обосновывает свою идею построения партийных органов по производственному принципу тем, что это даст возможность обеспечить более конкретное и планомерное руководство промышленностью, строительством и сельским хозяйством, сосредоточить главное внимание на производственных вопросах. Постановлением Пленума ликвидировались сельские райкомы, вместо них создавались парткомы производственных колхозно-совхозных управлений и зональные (кустовые) промышленно-производственные партийные комитеты, в краях и областях – сельские и промышленные крайкомы, обкомы.

Такие нововведения вызвали у коммунистов на местах крайнее недоумение. Как заявил первый секретарь ЦК Компартии Украины П.Е. Шелест, «ещё во время обсуждения предложений, изложенных в «Записке» товарища Хрущёва о перестройке партийных и советских органов, многие члены ЦК, работники республиканских и местных партийных органов выражали сомнение в целесообразности намечаемой реорганизации». Указывалось на трудности, которые неминуемо возникнут, если разделить единый и неплохо отлаженный хозяйственно-политический организм любой области, в которой промышленность и сельское хозяйство тесно взаимосвязаны. Однако такие замечания, предложения и пожелания не были приняты во внимание.

На пленуме предложения Хрущёва получили полную поддержку ораторов.

«Мы целиком разделяем положения, высказанные Н.С. Хрущёвым, что теперь старые организационные формы уже становятся в известном смысле тормозом в деле руководства партии производством, – говорил тогдашний первый секретарь ЦК Компартии Грузии В.П. Мжаванадзе. – Мы целиком разделяем предложения Н.С. Хрущёва о новой структуре партийных органов» («Пленум Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза. 19-23 ноября 1962 года. Стенографический отчёт», Москва, 1963 год, стр. 218).

А спустя два года, обращаясь к членам ЦК Компартии республики, он скажет:

«Все вы помните, как мы принимали решение о проведении в жизнь решений ноябрьского 1962 года Пленума ЦК КПСС о разделении партийных и советских органов по так называемому производственному принципу. Мы все понимали, что это шло вразрез с требованием Устава нашей партии, но мы подчинились решению ЦК нашей партии и провели это решение в жизнь. Надо сказать, что это не явилось результатом глубокого изучения вопроса – это результат субъективизма и поспешности…»

Совершенствование организационных форм партийного руководства, отмечал на ноябрьском Пленуме ЦК КПСС первый секретарь ЦК Компартии Азербайджана В.Ю. Ахундов, свидетельствует о том, «как чутко прислушивается партия к пульсу нашей жизни, как по-ленински смело и решительно откликается на её требования». А через два года на Пленуме ЦК Компартии республики он заметит:

«Обидно, что реорганизация преподносилась Хрущёвым как новое, как дальнейшее развитие ленинских принципов в области управления государством, в то время как на деле это противоречило Ленину».

На практике реорганизация партийных и советских органов не только не способствовала развитию демократии, а, напротив, сузила сферу её действия. Аппарат областных органов значительно разросся, а в районах – сократился. Произошло ещё большее отчуждение местных Советов от их функций как органов власти.

Жизнь вскоре показала сложность и громоздкость новой структуры. Опыт работы промышленных и сельских крайкомов, обкомов партии свидетельствовал о несостоятельности попыток разграничить сферы деятельности между ними. Вопросы строительства, транспорта, связи, медицинского и культурного обслуживания населения неизбежно требовали внимания и тех и других руководящих партийных органов, усилий всех партийных организаций.

(Продолжение следует)

П.Е. Шелест слева

Автор: Александр Суетин

Добавить комментарий

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top