Дорого и свято

10 августа 2017
0
191

«Есть такое слово – Приуралье. Не знаю почему, но в нем мне чудится какой-то простор, даже распахнутость, даже – бескрайность. То есть, это край, примыкающий к Уралу: заливные луга, где дурманят голову медовые запахи разнотравья; хлебные поля, которые, так и кажется, пахнут прожаренной ароматной горбушкой пшеничного; таинственные леса, в которых никак не набегается мое, а может быть, и ваше детство; сотни петляющих по низинам, пропадающих в песках и появляющихся снова речек; крошечные и огромные, как моря, озера; заросшие красноталом и шиповником ерики; кипящие рыбной молодью старицы. А еще неохватная степь, где весной тюльпаны можно косить косой, как сено. А еще пески с барханами, в которых в мае-июне разрастаются целые джунгли трав в человеческий рост. Такие просторы! Вслушайтесь, как похожи эти два слова – Приволье и Приуралье!

…Поэтому не стану отрицать: пером моим сейчас водит ностальгия…»

Вот о ней – ностальгии мне и хочется сегодня поговорить. А процитировал я слова нашего земляка – писателя Геннадия Доронина из его книги «Золоченое донышко» (Уральск. «Оптима» 2010 год.) Много лет он, работая в республиканской газете, жил в Алматы, а в последние годы волею судеб оказался в столице Белоруссии. За это время издал добрый десяток книг, и почти все они – о нашем крае, любовь к которому он пронес через всю свою жизнь.

Слово «ностальгия» происходит от двух древнегреческих слов, означающих «возвращение на родину» и «боль, печаль». Филологами это понятие трактуется как «грусть о прошедших временах, местах или событиях, с которыми связаны приятные воспоминания. Она часто возникает при удалении, пространственном (эмиграция) или временном (взрослые люди вспоминают о своем детстве как о «золотой» поре жизни)».

Мне уже доводилось публиковать наблюдения о том, что наш город находится на тектоническом разломе, в связи с чем здесь рождаются и живут необыкновенные и талантливые люди. И они никогда не забывают свою родину, даже если судьба их забрасывает на долгие годы, а иногда и насовсем, в чужедальние страны. Среди них много моих знакомых, за жизнью которых я постоянно слежу.

Например, друг моего сына художник Николай Микушкин, автор серии полотен, изображающих нынешние и давно уничтоженные храмы нашего города, живя в Нью-Йорке, постоянно общается с уральскими знакомыми в «Одноклассниках» и когда он пишет американские пейзажи, то в них, если приглядеться, можно разглядеть мотивы Приуралья.

По темам в социальных сетях чувствуется, что ностальгирует в Германии по нашему городу и мой армейский друг Виктор Ассмус.

Многие, эмигрировавшие в дальние страны, начинают писать стихи с нотками тоски о прошлом. Это делает в Дюссельдорфе мой старый товарищ, бывший заместитель редактора газеты «Приуралье» Анатолий Шляхтин.

А недавно приехал в Уральск на пятидесятилетнюю встречу выпускников школы №12 из американского города Колорадо-Спрингс Павел Кожевников. В свое время он родился на Селекционной в многодетной семье уральского казака, там же закончил школу, а затем факультет иностранных языков Уральского пединститута, преподавал, работал в комсомоле, в годы перестройки женился на американке, которая и уговорила Павла переехать на ее родину. Там он преподавал в школе, читал лекции в местном институте, а потом увлекся литературным творчеством. Сейчас у него множество рассказов, повестей, стихов, и повсюду можно найти ностальгические мотивы. Например, такие: «На груди казака, защищая от зла, Вместе с щепоткой родимой земли, В ладанке ветка полыни была, Нежно уральцы её берегли». В Уральске в кафе «У Ивана» успешно прошла презентация его книги «Казначей Чапая», изданная в уральской типографии…

Особенно в этой книге мне понравился маленький рассказ о старом казахе Мусе, который чуть не помер после того, как ему запретили пить крепкий чай, а нарушив запрет, выжил и долгие годы соседствовал с Кожевниковыми. Вот как бережно автор описывает Мусу: «Он постоянно что-то делал: то подметал двор, то сено нес на вилах, то пас овечку рядом с домом. Был Муса небольшого роста, каким-то кряжистым. Как многие восточные старики, ходил согнувшись, враскорячку, медленно расставляя кривые ноги в сторону. Тяжелые руки он клал на палку, которую держал за спиной, словно впрягаясь в невидимую телегу. Широкое, изборожденное морщинами лицо, было почти черным, седоватые широкие усы придавали ему вид суровый и мудрый».

…Закончить мне хочется словами Геннадия Доронина из той же книги: «С тех пор прошло полвека, и теперь я изредка приезжаю сюда с другого континента, как давнишний облачный парусник, и спрашиваю себя: вместе с этими берегами не утратил ли я в жизни все, что было мне дорого и свято?..»

Автор: Сергей Аблаев

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top