Дистанции огромного размера

21 мая 2020
0
1212

В разгар так называемой пандемии по телевизору показали концерт популярных российских певцов, музыкантов, актеров под названием «Мы вместе!». Концерт проходил в самом престижном театре Москвы – Большом. Восторгов было море, концерт даже назвали «историческим событием». Концерт действительно хороший, актеры и музыканты замечательные – Миронов, Машков, Райкин, Мацуев…
И выкладывались они на сцене по полной, невзирая на пустые кресла. И посвящен он был святым людям – врачам и медикам, которые, рискуя жизнью, ведут борьбу с этим самым вирусом. Но почему-то было тоскливо его смотреть. Особенно, когда показывали огромный пустой зал или зрителей – квадратики с рукоплещущими головами. Как будто всех этих зрителей загнали в один компьютер, и они сидят там каждый в своей клетке. Ну, и ты тоже. Появлялось ощущение какого-то конца света, Апокалипсиса, нереальности. Как в каком-то фантастическом романе…

Но в статьях и даже в сетях – сплошные восторги и умиление: мы вместе, каждый, кто до этого не мог попасть в Большой театр, имел возможность там побывать, вот он – великолепный интерьер, пустой партер – занимай любое место! А впечатление осталось – вселенского одиночества.

Артистам, наверное, еще труднее было – петь, танцевать, играть на пустой сцене. Уж лучше бы они этот концерт записали где-нибудь в студии и показали, как показывают обычно. Но артисты – люди к условностям привыкшие. Видимо, представляли, что зал полный, а сцена Большого театра – вот она, реальная. Кто-то из актеров, выступавших на том концерте, на вопрос о преимуществах таких представлений, сказал, видимо, с иронией: по крайней мере, ни у кого в зале мобильники не звонят…

Мне кажутся неискренними эти восторги. Просто не хочется обижать артистов и вообще – сейчас «так надо». Надо сидеть дома и восторгаться онлайн-концертами, уроками, цифровыми музеями, театрами…

Искусствовед, музыкант Михаил Казиник назвал онлайн-концерты в зале имени Чайковского без публики – «крупнейшим депрессивным актом».

«В интернете есть столько великих концертов! Оркестры, пианисты, скрипачи… Музыка, исполненная в «довирусную» эпоху, заражает энергией, силой, верой. Можно ярко и радостно рассказать о музыке, часто удивительной истории создания. А пустой зал, вялые, с элементами торжественного погребения в голосах ведущие, гулкие шаги, как статуя Командора, по мистической сцене перед пустым мрачным залом… Это очень плохой замысел! Эта обстановка не только не отвлекает людей от страха и чувства обречённости, а забивает гвозди в души и тела…», – считает музыкант.

Скорее всего, чиновникам от культуры просто нужно отчитаться о том, что выделенные деньги «освоены»…

Наверное, кому-то выгодно держать на «дистанции» культуру, образование. Некультурными и необразованными легче управлять. И тогда другие сферы нашей жизни тоже можно отодвинуть на нужную дистанцию. Нас и сейчас держат «на дистанции», у нас и сейчас никто не спрашивает, как лучше обустроить город, в котором мы живем, что нам более всего в данный момент необходимо, как лучше распорядиться средствами. У нас если и обсуждают какие-то городские проекты, то формально, с «заранее объявленным результатом».

Поэтому набережная у нас на знаменитой нашей реке имеет «скорбно-кладбищенский вид», по выражению петербургского архитектора Рустама Вафеева. От рощи и реки эта набережная отгорожена настоящей крепостной стеной с зубцами и амбразурами. Зачем перекрыли выход к реке, какой смысл во всех этих странных сооружениях – то ли клумбах, то ли колумбариях – непонятно. При этом «крепостная стена» от затопления набережную не спасает, и однажды во время паводка превратила ее в одну большую «ванну», в которой начала отваливаться облицовочная плитка.

Сколько ни возмущались патриоты города, все равно старинную ротонду зажали девятиэтажными общагами, да и сам исторический бульвар стал просто сквером.

Привели в порядок скверик Пушкина, но он тоже остался анклавом, придатком областной больницы, а мог бы соединиться с набережной, но самый выгодный участок земли на берегу Урала, отданный в частные руки, давно стоит огороженный забором. Красивый сквер со множеством скамеек зажат со всех сторон и остается пустынным.

Зато в городе присесть негде. Единственное место с обилием «сидячих» мест – на бульваре, который у нас называют Арбатом. Но все они стоят на самом солнцепеке, присесть на них в жаркий день рискуют лишь в тех местах, которые достает жидкая тень оставшихся старых деревьев, остальные подстрижены так, что тени практически не дают.

А эта идея с металлическими конструкциями, украшенными цветущими петуньями? Чахли они в этих висячих горшках на Арбате, решили заменить их бумажными – и поливать не надо, и не вянут. Теперь фонарные столбы, украшенные бумажными венками, тоже навевают что-то скорбное. На перекрестке улицы Пугачева с Чагано-Набережной, чтобы украсить его петуньями, поставили металлическую конструкцию высотой семь метров. Водители забеспокоились: аварийно – опасный участок дороги, нельзя загораживать обзор…

Про то, во что превращаются у нас арыки, не писал только ленивый. На очистку и ремонт тратятся миллионы. Протяженность арыков – почти шесть километров, и если в центре города по ним еще временами течет вода, то, например, на улице Карева, они давно превратились в сплошную помойку. Вот что пишут жители и гости города об арыках.

«Арыки – это водоотводные сооружения, по ним вода течет из одного места в другое. У нас же вода во всех арыках стоячая. Даже в тех, что на проспекте.

А новые арыки на ремонтируемых улицах вообще делают закрытыми со всех четырех сторон: в них что-то попасть может, но из них вытечь ничего не может. В основном, там собирается разный мусор, и по существу, это закопанные в землю мусоросборники. Арыками их назвать нельзя».

А это впечатление гостя города. «Одна из характерных черт Уральска – арыки, то есть попросту сточные канавы вдоль улиц. В Атырау я их почему-то не помню, а вот в Уральске арыки тянутся вдоль любой сколько-нибудь значительной улицы. Однако именно арыки могут основательно подпортить впечатление о городе – запах… Увы, при всех своих красотах Уральск у меня плотно ассоциируется с запахом перемешанных и неприкрытых стоков. В районах частного сектора этот запах порой бывает невыносим (не везде, конечно – только на некоторых улицах), а как фон сопровождает во всем Старом городе – во многом именно из-за арыков».

Местная пресса частенько фиксирует случаи травм у жителей города в результате падения в арык. Проваливаются решетки, были случаи, когда пострадавшего пришлось вынимать из такого капкана спасателям. Однажды в арык свалилась даже «Скорая помощь».

«Какая арычная система?! На дворе XXI век! Давно пора создать современную дренажную систему. Эти арыки в Уральске только разводят грязь, вонь и комаров!», – пишет еще один житель Уральска.

Но арыки продолжают чистить, наполнять водой, замусоривать и снова чистить. Такой вот круговорот воды (и денег) в природе…

Ничего не имею против арыков, если они выполняют свое предназначение – увлажнение почвы и воздуха в жаркое время. К тому же, они придают особый восточный колорит городу. Но если вода в них течет, а не стоит и не воняет. Если в них не бросают окурки и мусор. А их протяженность еще и увеличивается. Теперь придумали запустить еще и «малый круг» арыков. Более того – прокладывают новые.

Пока все сидели в карантине, на улице 8 Марта закончили делать дорогу. А заодно вырыли арыки, причем не вдоль всей дороги, а только от улицы Фрунзе до улицы Даулеткерея. Это вызвало недоумение жильцов частного сектора: зачем здесь арыки? Лучше бы протянули (всего-то один квартал) городскую канализацию. И ведь ее протянули! По улице Даулеткерея сразу после того, как проложили арыки по 8-е Марта, где у каждого дома торчат горловины септиков. «Так по проекту», – ответил на вопросы жильцов прораб стройки. Но теперь канализации жильцам 8-го Марта не видать – арыки мешают. В общем, «подписано – и с плеч долой» (Грибоедов).

Непонятно, откуда и куда потечет здесь вода, потому что арыки заканчиваются тупиком.

Через траншею арыка проложили к каждому дому по две бетонных плиты – больше, говорят, не положено. Ну, правда, если крутой коттедж, то и подъезд соответствующий, тут и семь этих самых плит «положено». Почему? «Значит, так надо», – ответили людям.

В общем, и здесь – «дистанции огромного размера». Это слова Скалозуба из комедии Грибоедова «Горе от ума», которое теперь в школах «не проходят». О том, что между разными городами и разными людьми существуют «дистанции огромного размера».

Или вот еще – про образование:

Я вас обрадую: всеобщая
                                             молва,
Что есть проект насчет
            лицеев, школ, гимназий;
Там будут лишь учить
                 по-нашему: раз, два;
А книги сохранят так:
                  для больших оказий.
Или про строительство:
Дома новы, но предрассудки
                                         стары.
Порадуйтесь, не истребят
Ни годы их, ни моды,
                                  ни пожары.
Впрочем, есть там и про нас:
Старухи вмиг тревогу бьют
И вот – общественное
                                         мненье.

А ведь это было написано более 180 лет назад! Каждый раз удивляешься, как современны классики.

Фото: Ярослав Кулик

Обсуждение закрыто.

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top