Бударинское чудо

24 апреля 2014
0
929

«Толстой был главенствующим рассказчиком на воде и на стоянках. Нередко его анекдоты и остроты содержали столько соли, что он сам, дойдя до непечатного апогея, просил Сейфуллину «отвернуться» и только тогда произносил свою изюминку. Лидия Николаевна делала вид, что она вообще не слушает. После анекдота наступало напряженное молчание. Лидия Николаевна силилась сдержаться и вдруг начинала звонко смеяться. Мы разом присоединялись.

…Устанавливались очки на каждую птицу. Например, гусь и дрофа шли за пять единиц, кроншнеп и вяхирь за три очка. Мы съедали каждый день гору дичи и рыбы, но худели, сохли, ходили оборванцами. Кусты терна и шиповника превращали одежду в лохмотья. Охотничья страсть была неутолима, мы заключали пари и ссорились из-за пустяков».

О ком идет речь? Кто рассказывает о времени минувшем? И где это происходило?

Вероятно, читатель догадался, что рассказ принадлежит одному из участников событий. В числе которых были писатели Алексей Толстой, кстати, он как раз в это время работал над «Петром Первым», Валериан Правдухин, писавший в этих местах книгу «Годы, тропы и ружье», и пообещавший, «что поместит в нее портрет того, кто красиво убьет дудака», его жена и соратница Лидия Сейфуллина и микробиолог Василий Калиненко, кто и донес до нас в письменном виде воспоминания, передав их своему знакомому – нашему земляку Николаю Чапурину, опубликовавшему зарисовку в своей книге. А происходило это в тридцатые и послевоенные годы у нас на Урале, богатом в те времена дичью и рыбой.

В 1967 году эта территория вошла в Бударинский зоологический заказник, которому в 1992 году был придан статус республиканского значения.

Заказник, площадь которого 80 тысяч гектаров, захватывает часть Зеленовского и Акжаикского районов вдоль поймы Урала. Более точные координаты: от поселка Скворкино – на севере, до Барановки – на юге. Относительно богатый растительный мир преобладает вблизи побережья реки, где произрастают тополя, вязы, кустарниковые ивы. По мере удаленности от поселка Бударино, вниз по течению, флора заметно оскудевает, оно и понятно, рельеф местности меняется на песчаные гряды, перемежающиеся с лощинами в понижениях.

Северная часть заказника регулярно затапливается паводковыми водами, наполняя старицы и обеспечивая луга пышнотравьем. Вблизи водоемов наряду с тростниково-рогозовыми зарослями встречаются занесенные в Красную книгу виды – чилим, сальвиния и другие. Множественные участки занимает белая полынь, не редкость – тамариск, солодка.

В водах Урала водится много рыбы, порядка тридцати видов: карась, сазан, лещ, судак и так далее. Сом. Старожилы рассказывают, как везло рыбакам, которые порой вылавливали великанов весом до 60 килограммов. Чтобы не быть голословной, процитирую непосредственных участников рыбной ловли минувших лет, опять-таки из тех, кого знал Николай Милетеевич. «Воды Урала были кристально чистыми. Кулики и утки грелись на сверкающих, вымытых Яиком и выжженных жаром песках. Серебряные лезвия бесчисленных рыб сверкали в струях воды. Ночью глухо били сомы, словно дельфины, по-дымались из воды осетры и белуги, жерехи вспенивали воду. Озерные россыпи шли по всей пойме Урала. В их камышах рылись и водили свои табуны дикие свиньи. На озерах, изобиловавших рыбой, гнездились бесчисленные утиные стаи…», – я не могу далее продолжать, поскольку у меня перехватывает дыхание от такого обилия живности, словно это описание взято из старинного предания, и я бы даже могла подумать, детской сказки «о кисельных берегах и молочных реках», если бы не знала о прошлом нашей главной водной артерии. Так ее описывал Дубинин, ученый-генетик, академик, автор ряда книг, бывавший на Урале неоднократно и называвший эти места благословенными. Я умышленно привожу дословно слова первоисточника без своей интерпретации из уважения к памяти тех, кто передал потомкам реалии того времени.

Что-то сохранилось и теперь. Местные рыбаки выезжают сюда на рыбалку, испытывая восторг от серебристой чешуи своей «добычи», взвешивая на весах редкие экземпляры и гордясь собой. Вечерами любуются закатами, вслушиваются в редкие всплески воды и ведут неторопливые беседы у костра, развлекая друг друга байками на темы охоты и рыбалки.

А вот это уже не вымысел, а реальная история, о которой поведал мне знакомый, вернувшись с рыбалки.

«Мы рыбачили в районе Коловертного, клев обычный, – рассказывает Асланбек. – Но под вечер один из нас – Кирилл – неожиданно выловил сома, большого, килограммов на пятнадцать. И буквально через несколько минут спиннинг его отца повело в сторону, да так мощно, что мы все напряглись. Иван Дмитриевич крутил катушку, а руки его дрожали, рыба уплывала то вправо, то влево «водила» его, наконец ему удалось подтащить ее к берегу. Там оказался огромный сом! Мы взвесили «усатого» – 30 килограммов! Все рыбаки сбежались посмотреть на диковину. Радости не было предела, но поутру она омрачилась, – глаза моего рассказчика потускнели. – Сома оставили на кукане в реке, а он, оборвав его… уплыл».

…Несмотря ни на что эти места – излюбленное место отдыха горожан и селян. На зорьке отдыхающие с удовольствием наслаждаются пением птиц, их здесь больше ста видов: соловей, иволга, лазоревка, зяблик, большая синица, орлан-белохвост и даже филин, обитающий в глухих местах. А то вдруг неслышно недалече промелькнет хвост змеи… и все внутри похолодеет, очевидец немеет и замирает от неожиданности, округлив глаза… «Не дрейфь! Не гадюка! Видишь на шее оранжевый воротничок? Уж это», – скажет, смеясь, товарищ, и на сердце полегчает. Водятся здесь лисица, ондатра, выхухоль, бобр, кабан.

Природные красоты заказника радуют в любое время года. Особенно во время ледохода на реке, когда Урал просыпается от зимней спячки, бурлит, шумит перекатами, волнует, подспудно напоминая о быстротечности жизни.

Не успеешь оглянуться, как все вокруг зазеленеет, распустится, запорхают бабочки, стрекозы, и окрестности наполнятся всевозможными голосами и звуками. Лето в разгаре. Но вот уже солнце печет не так сильно, и ночи стали прохладнее, грибники засобирались в лес. Вскоре и багряный наряд осени сменится на снежно-игольчатый, переливающийся всеми цветами радуги в солнечный морозный день. Чарующий мир природы… берегите его.

Следует сказать, что специальные исследования для разработки рекомендаций по охране и воспроизводству растительного и животного мира в Бударинском заказнике не проводились, соответственно, не принимались и масштабные меры.

Однако Урал все больше акцентирует внимание, с тех пор как лодочная экспедиция «По следам Правдухина» стала традиционной и обрела статус международной историко-культурно-экологической, привлекая в ряды участников не только политиков, экологов, краеведов, но и активную общественность. Надеемся, удастся что-то изменить в лучшую сторону.

Фото: Ярослав Кулик
ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top