Бардак-то общий…

17 марта 2016
0
1348

Общежития не любят, рассматривают как последний шанс, когда не хватает денег на отдельную квартиру. Никто не хочет общие грязные кухни, протекающие туалеты, общие балконы, заставленные общим хламом и завешанные вещами на общих бельевых верёвках.

– В советское время к общежитиям было не столь пренебрежительное отношение, да и вид у них был не настолько плачевный, – вспоминают старожилы комнат. – О них заботились заводы и предприятия. Были свои общаги у фабрики «Диана», арматурного завода и завода «Зенит». Сейчас все комнаты в частной собственности и к предприятиям никакого отношения не имеют. Живут в них по большей части квартиранты, которым забота о чужой недвижимости, честно говоря, по барабану. Они снимают с петель двери, выкручивают лампочки и бросают из окон пакеты с мусором.

Два общежития на одной из улиц (не буду указывать точного адреса) – самые что ни на есть «отстойные»: грязные, серые, убогие. Жильцы не раз поднимали вопрос, чтобы пятиэтажки, доживающие в нечистотах свой век, наконец-то признали аварийными. Не так давно собралась комиссия, осветить проблемы взялось телевидение. Жильцы жаловались на нелегкое существование. Говорили эмоционально, надеясь, что вопрос, возможно, сдвинется с мертвой точки. Терпение лопнуло, когда у одного из домов вывалилась часть стены, теперь в дыру размером с дверь свободно лазают коты, собаки и бомжи. Власти ситуацией прониклись, предложили провести модернизацию, однако жильцы не соглашаются, не хотят вешать на себя многолетний долг. Мечтают о новых, пусть и арендных квартирах.

Виктор Степанов на первом этаже снимает комнату. Здесь живет сам, тут же работает. Большую часть жизни провел в местах не столь отдаленных, ближе к старости понял: на жизнь можно зарабатывать честным путем. На разбитой зеленой двери кривая вывеска – «Ремонт обуви». В комнате, заваленной башмаками и сапогами, старый телевизор и диван, на котором в данный момент кто-то спал. Гости бывают часто. Сейчас пришли посидеть и выпить Арман и Наиль. Принесли пару бутылок бормотухи.

– Комнаты продаются на каждом этаже, но их не покупают, – закусывая, вразумляет меня Наиль. – Видите, какой срач вокруг домов, кто сюда добровольно поедет? Но цены за такое г… де-е-ержат. Просят от двух миллионов и выше. А за что? Кухня мокрая, трубы гнилые. Продать свои метры мечтают, но уступать не хотят.

Ирина живет тоже в общежитии, но в другой части города. У нее та же беда – выбраться отсюда не надеется. Район «Мясокомбинат» не особенно престижный.

– Прям так и пишут: «Мясокомбинат» не предлагать, – раздраженно говорит она.

Женщина надеется, что мы пришли смотреть комнату, за которую она просит 1900 000 тенге. Высокую цену обосновывает.

– В общем коридоре под полом идет водопровод. Так что можно пробить, врезаться и провести воду к себе. План коммуникаций видела, так что проблем не возникнет.

Здесь она живет 10 лет. Давно бы съехала, но купить отдельное жилье, имея нерегулярные заработки, двух несовершеннолетних детей, и без мужа, практически невозможно. На 15 квадратах разместила двухъярусную кровать – там спят дети, шифоньер, машинку-автомат, письменный стол и телевизор. Есть еще крошечный аквариум с золотыми рыбками. Им тоже тесно, даже все вместе они не могут исполнить одно единственное и заветное желание семьи – съехать отсюда.

Артур и Айгуль (с ними разговорилась в общем коридоре) – квартиранты. Снимают комнату по соседству, за которую платят 17 тысяч тенге, есть еще оплата коммунальных услуг. Они с Ириной дружат, часто выручают друг друга деньгами и хлебом.

– Восьмого числа – зарплата, половину еще платим за кредиты, – дает честный расклад Айгуль. – Потом тянем до 25-го, до зарплаты мужа. О своем жилье и не мечтаем.

Риелторы объясняют: рынок недвижимости забит комнатами общежитий. Цены от 1,5 до 5 млн. тенге.

Покупают их в основном приезжие, молодожены, которым важно приобрести хоть какую-то крышу над головой.

Светлана в этом бизнесе несколько лет, она успокаивает:

– Не все так плачевно, имеются и другие варианты комнат, абсолютная противоположность этим. Правда, в благоустроенных и ухоженных общежитиях квартирного типа купить их сложно. Во-первых, очень редко продают, а во-вторых, довольно быстро скупают.

В списке популярных – общежития районов: «Променад», 8-я школа, «Пединститут», «Областная больница», «Металлист».

Алексей не так давно возглавил КСК девятиэтажного общежития на Чагано-Набережной. Оно тоже в этом списке. Молодой, инициативный председатель уверен, что состояние подъездов и здания целиком и полностью зависит от самих жильцов.

– У нас примыкают друг к другу два девятиэтажных дома. Живут в них люди примерно с одинаковым финансовым доходом, но с разным отношением, – говорит он. – В одном подъезде отремонтированные стены, покрашенные колером, в другом ободранные и исписанные нецензурной бранью. Да что там говорить про подъезды, если на разных этажах разная картина. На третьем установлены тамбуры с кодовыми замками, стены покрашены, кухня побелена. На четвертом или других – полный хаос. Кто виноват в этом? Сами обитатели. Хотят жить в чистоте и уюте, но при этом делать для этого ничего не собираются.

За время своего председательства он отремонтировал лестницы, облагородил придомовую территорию. В ближайших планах – ремонт подъезда, лифта, организация платной стоянки.

– У меня есть желание что-то изменить, ищу соратников, и такие среди жильцов есть. А значит, у нас получится, – говорит Алексей.

Фото: Ярослав Кулик

Добавить комментарий

ВСЕ РАЗДЕЛЫ
Top